Почему Казахстану не хватает производственной экономики?
Завод можно построить за несколько лет, производительность приходится создавать десятилетиями
Автор: экономист, президент Ассоциации «ФармМедИндустрия Казахстана» Руслан Султанов специально для economyKZ.org
Почти 30 лет Казахстан пытается стать промышленной экономикой. За это время были приняты государственные программы, созданы институты развития, профинансированы сотни проектов и выделены значительные ресурсы. Однако спустя десятилетия страна все еще остается в положении экономики, которая намного лучше умеет добывать, чем производить. Сам по себе этот факт давно перестал удивлять. Намного интереснее другое. Почему при таком количестве программ, предприятий и мер поддержки промышленность так и не стала главным двигателем структурных изменений?
Проблема начинается уже на этапе постановки цели. В Казахстане индустриализацию слишком часто измеряли количеством построенных заводов, объемом инвестиций и числом созданных рабочих мест. Эти показатели удобны. Они позволяют быстро показать результат. Они хорошо выглядят в отчетах и презентациях. Но между строительством предприятия и созданием производственной экономики существует огромная разница.
Завод можно построить за несколько лет. Производительность приходится создавать десятилетиями.
Именно здесь находится ключевой вопрос, который долгое время оставался на втором плане. Страна может открыть десятки предприятий и при этом не приблизиться к настоящей промышленной трансформации. Производство становится источником долгосрочного роста не тогда, когда появляется новый объект на карте, а тогда, когда вокруг него возникает целая экономическая система. Появляются поставщики. Развиваются технологии. Формируются компетенции. Возникает конкуренция. Растет добавленная стоимость, которая остается внутри страны.
Без этого промышленность превращается в набор отдельных проектов. Они могут работать, выпускать продукцию и даже демонстрировать хорошие показатели. Но они не меняют устройство экономики.
Именно это во многом произошло в Казахстане. За годы индустриализации появились новые производства, однако промышленность так и не сформировала ту внутреннюю глубину, которая характерна для крупных производственных систем. Во многих секторах страна продолжает зависеть от внешних поставщиков оборудования, технологий и компонентов. Значительная часть стоимости создается за пределами национальной экономики. В результате производство существует, но не всегда становится источником самостоятельного развития.
На первый взгляд причина может показаться очевидной. Казахстан небольшой рынок. Возможности ограничены. Конкурировать с крупными производственными державами сложно. Но материалы показывают более интересную картину. Ограничение связано не только с масштабом экономики. Оно связано с тем, как понималась сама логика промышленного развития.
На протяжении многих лет промышленная политика строилась вокруг идеи эффективности с самого начала. Каждый проект должен был доказать устойчивость заранее. Риски старались минимизировать до запуска. Конкурентоспособность ожидалась практически сразу. Такой подход выглядит разумным, но история крупнейших производственных экономик показывает другую последовательность.
Китай долгие годы делал ставку на объем. Производство росло быстрее внутреннего спроса. Появлялись мощности, которые могли выглядеть избыточными. Ошибки воспринимались как часть процесса накопления опыта. Временная неэффективность считалась допустимой платой за создание производственной базы. Казахстан стремился избежать этого периода. В результате рост часто ограничивался еще до того, как успевал сформировать необходимый масштаб.
Однако даже масштаб не является конечной целью. Сам по себе объем производства не делает страну богатой. Если бы это было так, задача индустриализации давно превратилась бы в простое строительство новых предприятий.
Реальность устроена сложнее. Богатство создают не заводы. Богатство создает производительность.
Разница между этими понятиями кажется теоретической только на первый взгляд. На практике именно она определяет, какие страны становятся богаче, а какие продолжают догонять.
Два предприятия могут выпускать одинаковую продукцию. Они могут иметь одинаковое количество работников и даже сопоставимый объем выпуска. Но один завод создает значительную часть стоимости внутри страны, а другой остается площадкой для сборки импортных компонентов. В статистике оба будут относиться к промышленности. Для экономики результат окажется совершенно разным.
Именно поэтому многие государства десятилетиями остаются в промежуточном состоянии между индустриализацией и зависимостью от внешних технологий. Производство существует. Заводы работают. Но производительность растет медленно, а добавленная стоимость остается ограниченной.
Для Казахстана этот вопрос становится особенно актуальным сегодня, когда государство продолжает усиливать промышленную политику. Объем инструментов поддержки расширяется. Увеличивается участие государства. Финансирование распределяется быстрее. Но возникает фундаментальный вопрос: приводит ли рост поддержки к изменению структуры экономики? Опыт показывает, что не всегда.
Во многих случаях государственная помощь позволяет компаниям снизить риски и компенсировать издержки. Это помогает сохранить устойчивость бизнеса в краткосрочном периоде. Но такая поддержка далеко не всегда заставляет компании менять технологии, повышать эффективность или искать новые рынки. В результате экономика начинает адаптироваться к поддержке, а не к конкуренции.
Возникает своеобразный парадокс. Государство становится более активным. Денег в системе становится больше. Проекты получают финансирование. Но внутренняя логика экономики остается прежней. Рост поддержки начинает подменять рост производительности.
Именно здесь появляется еще одна проблема. Государство и бизнес по-разному относятся к ошибкам. Частная компания может признать неудачу и закрыть проект. Государственные структуры гораздо реже идут по этому пути. Политические обязательства, административные решения и желание сохранить уже вложенные ресурсы приводят к тому, что многие проекты продолжают получать поддержку значительно дольше, чем это сделал бы частный инвестор.
Для небольшой экономики подобная особенность особенно чувствительна. Ошибки не растворяются в масштабах системы. Они становятся заметны для всей экономики. Каждый крупный проект занимает значительную долю ресурсов, поэтому цена неверного решения оказывается выше, чем в более крупных странах.
Ситуацию дополнительно усложняет концентрация поддержки вокруг уже существующих игроков. Такой подход снижает неопределенность и позволяет быстрее показать результат. Но одновременно он ограничивает появление новых направлений. Экономика начинает вращаться вокруг сложившихся центров. Конкуренция ослабевает. Новые компании получают меньше возможностей для роста. В результате политика, которая должна создавать изменения, начинает закреплять существующую структуру.
На этом фоне особенно заметен разрыв между заявленными целями и используемыми инструментами. Цели обычно формулируются масштабно. Рост производительности. Диверсификация экономики. Развитие технологий. Повышение конкурентоспособности. Но инструменты часто остаются прежними. Прямые выплаты. Льготы. Поддержка отдельных отраслей и компаний.
Возникает внутреннее противоречие. Структурные изменения требуют изменения поведения бизнеса. Но многие инструменты ориентированы на сохранение текущей модели.
По сути Казахстан постепенно подошел к моменту, когда вопрос индустриализации перестает быть вопросом строительства заводов. Главная задача уже не заключается в открытии новых предприятий как таковых. Намного важнее понять, каким образом существующие производства будут создавать больше стоимости внутри страны. Насколько глубокой станет локализация. Насколько быстро будут расти компетенции. Насколько эффективно будут использоваться технологии, знания и человеческий капитал. Именно поэтому будущий успех промышленной политики будет определяться не количеством введенных объектов. Он будет определяться способностью экономики создавать больше стоимости из каждого вложенного тенге, каждого часа труда и каждого нового знания.
Парадокс заключается в том, что построить предприятие значительно проще, чем создать производственную экономику. Завод можно открыть за несколько лет. Экосистема поставщиков, технологий, компетенций и инноваций формируется десятилетиями. Именно она определяет, останется ли страна экономикой сборки или станет экономикой производительности.
Именно поэтому главный вопрос для Казахстана сегодня звучит иначе, чем 20 лет назад. Речь идет уже не о том, сколько еще предприятий необходимо построить. Речь идет о том, сможет ли промышленная политика перейти от логики строительства объектов к логике повышения производительности. Потому что в конечном итоге страны богатеют не за счет количества заводов. Они богатеют за счет того, сколько знаний, технологий и добавленной стоимости остается внутри этих заводов и постепенно превращается в основу нового экономического роста.
При работе с материалами Центра деловой информации Kapital.kz разрешено использование лишь 30% текста с обязательной гиперссылкой на источник. При использовании полного материала необходимо разрешение редакции.
Вам может быть интересно
Читайте Kapital.kz в
