USD 388.81₸ ↑ +0.110
EUR 429.01₸ ↑ +0.310
RUB 6.08₸
BRENT 62.06$ ↓ -0.190
BTC 8791.83$ ↑ +0.004
ETH 188.83$ ↑ +0.017
LTC 61.13$ ↓ -0.005
Курсы валют в Казахстане
Новости Казахстана - Капитал.кз
ГлавнаяФинансыИнвесторы дали тенге три года доверия Финансы 15.12.2017 · 08:30

Инвесторы дали тенге три года доверия

Лакмусовой бумажкой стало размещение облигаций БРК в нацвалюте на KASE

На фоне серьезных опасений о том, что процесс дедолларизации практически приостановился и у банков из-за отсутствия заемщиков, которых можно кредитовать в долларах, остается серьезный дисбаланс между валютами фондирования и кредитования, состоялось крупное стомиллиардное размещение тенговых облигаций Банка развития Казахстана (БРК). Осуществлявшиеся в последние годы операции фондирования банков с участием международных институтов развития — ЕБРР и АБР, когда казахстанские банки получали ресурсы в тенге в рамках их программ кредитования МСБ и женского предпринимательства, вряд ли можно было считать стопроцентно рыночными, поскольку институты получали тенге в результате операций валютного свопа от Нацбанка.

В ходе размещения БРК появилась, пусть не очень крупная, инвесторская база частных игроков (организаторы говорят о 29 покупателях бумаг), заинтересованных в относительно длинных, трехлетних тенговых инструментах.

На долю участников казахстанского фондового рынка пришлось лишь 2% от размещения, поскольку наши участники рынка заинтересованы в несколько более высоких уровнях доходностей, чем 9,625% годовых, под которые в итоге были проданы трехлетние облигации. Среди казахстанских 2% нет денег ЕНПФ, в расчете на которые в последние годы преимущественно проводились выпуски облигаций компаний из квазигосударственного сектора.

Длинные тенге для БРК

Внешний рынок валютных размещений оценивался в 2016 году как слишком дорогой, и речь шла в основном о привлечении на двусторонней основе.

В своих прошлогодних интервью председатель правления БРК Болат Жамишев, говоря о получении фондирования в тенге, возлагал надежды главным образом на передачу средств ЕНПФ частным управляющим, после чего должен был появиться более конкурентный фондовый рынок. Этого, однако, до сих пор не произошло и тенге неожиданно пришли с внешних рынков.

63% объемов размещения пришлось на Великобританию, 6% - на остальную Европу и 21% - на США. Преобладающим типом инвесторов стали фонды, управляющие активами, на долю которых пришлось 97% покупок. Возможно, то, что именно БРК создал бенчмарк для трехлетних обязательств, выглядит неслучайным, поскольку у банка очень сильная мотивация к появлению возможностей долгосрочного рыночного фондирования в тенге. Средний срок проектов в портфеле БРК, предоставляющего длинное кредитование, составляет 12−15 лет, в то время как долгосрочное фондирование остается только валютным.

В своем стресс-тестировании портфеля в начале прошлого года банк закладывал возможность обесценения тенге до 500 тенге за доллар, с оговорками о том, что это скорее гипотетический сценарий и валютные риски уже реализовались.

Уязвимыми и требующими рефинансирования в тенге в тот момент были признаны примерно 15% портфеля банка. Предыдущая масштабная реструктуризация части портфеля была проведена в сентябре 2015 года в момент начавшейся, но еще не завершившейся, девальвации тенге, когда в национальную валюту было переведено несколько крупных займов на общую сумму в 48 млрд.

Болат Жамишев отмечал, что у этих заемщиков практически не было входящих потоков в долларах, а сумма обязательств в тенге без реструктуризации увеличилась бы практически вдвое и такой масштаб ослабления тенге трудно было прогнозировать в момент кредитования. На июнь прошлого года тенговая часть кредитного портфеля БРК составляла примерно 33%. Фондирование в тенге было на уровне 15%, в долларах — 82%, остальная часть пассивов была в других валютах. При этом намерения банка состояли в том, чтобы двигаться в сторону модели предоставления длинных денег в тенге. Очевидно, привлечение 100 млрд в тенге, притом что спрос составил 170 млрд, а первоначальные оценки ценового уровня размещения исходили из доходности примерно в 10% - шаг в этом направлении.

По мнению Болата Жамишева, многие проекты, капитализируемые из Нацфонда или бюджета, могли бы при создании соответствующих условий финансироваться на возвратной основе как раз через такие институты, как БРК.

Мотивы инвесторов

Гораздо более нетривиальными выглядят мотивы иностранных инвесторов, которые в отличие от казахстанских депозиторов считают тенге достаточно привлекательной валютой в трехлетнем периоде с невысокими темпами ослабления и решились на инвестирование в условиях отсутствия полноценных инструментов валютного хеджирования.

Говоря о размещении БРК, заместитель председателя правления KASE Андрей Цалюк отметил, что на бирже выстраивается кривая доходности по долгосрочным инструментам в тенге, и все размещения Минфина на срок до 16 лет происходят по ставкам не выше 9%.

Для рынков это не очень привлекательная доходность, размещения происходят с трудом и на вторичном рынке доходности выше.

БРК разместился по ставке в 9,625 % - на 0,7% выше бенчмарка Минфина, и это хороший результат, учитывая, что речь идет о казахстанском квазигосбанке, а не о международном, таком как, например, ЕБРР. Размещение выглядит особенно ценным благодаря созданной инвесторской базе. Многие предыдущие международные размещения в тенге были адресованы либо конкретному инвестору, либо в расчете на пенсионные деньги, либо это были облигации, являвшиеся частью реструктуризации обязательств банков. Для казахстанского рынка предложенный уровень доходности недостаточен и интерес был бы при доходностях выше 10%, отсюда и казахстанская доля участия всего в 2%.

Культура валютного хеджирования

Отвечая на вопрос «Капитал.kz», повышает ли рост объемов торговли валютными свопами на бирже по итогам 11 месяцев шанс появления инструментов валютного хеджирования на рыночной основе и постепенного удлинения инструментов, Андрей Цалюк подробно остановился на усилиях биржи в этом направлении.

По его словам, «свопы нужны более длинные. На бирже торгуются свопы на 1−2 дня. Фактически система управления рисками выстроена таким образом, что длиннее мы их сделать не можем». То есть можно, добавляет он, но это будет неправильно, потому что, когда удлиняются сроки таких инструментов, стоимость базового актива должна закладываться в маржинальное обеспечение. Следовательно, часть возможных потерь от волатильности курса должна перечисляться бирже, когда курс очень сильно меняется, то используются эти средства. Биржа, реализовав похожую систему на рынке ценных бумаг, переносит систему управления рисков с маржинальным обеспечением на рынок иностранных валют.

«Мы уже объявляли, что работаем над появлением центрального контрагента на рынке иностранных валют. Сейчас мы очень интенсивно двигаемся в этом направлении и в ноябре проводили встречи с банками и спрашивали их мнение», — говорит Андрей Цалюк. Реализация этого проекта как раз позволит значительно удлинить свопы, на месяц, может быть даже на три месяца.

«Ну и, конечно, мы консультировались с Национальным банком по поводу рынка срочных валютных контрактов. Сейчас пруденциальные нормативы банков второго уровня сформулированы таким образом, что позиция в этом сегменте не может превышать определенного уровня — 30% от собственного капитала. Этого, безусловно, мало, правда, это существенно ограничивает спекулятивные возможности банков, а в этом сегменте очень хочется поспекулировать. Чтобы эффективно заработал рынок срочных контрактов, необходимо, конечно, эту позицию в пруденциальных нормативах значительно повысить. Справедливости ради нужно сказать, что, проанализировав фактические позиции, Национальный банк пришел к выводу, что ограничения не являются причиной пассивности наших банков на рынке срочных контрактов. Потому что до предельного лимита дотягивают лишь отдельные банки, остальные находятся внизу», — отмечает Андрей Цалюк.

Он полагает, что еще нужно заниматься маркетингом и воспитывать культуру хеджирования. Банки должны работать со своими клиентами — экспортерами и импортерами, доводя до них, что они могут хеджировать свои внешнеэкономические контракты, и тогда это будет действительно инструмент хеджирования и страхования, а не каких-то спекулятивных сиюминутных операций.

«Как продвинуться в этом направлении — достаточно трудно сказать, мы работаем с банками. Они пока предпочитают заключать внутри сектора форвардные контракты, но в принципе у нашего реального сектора пока нет культуры хеджирования валютных рисков и ее надо создавать», — заключил зампред правления KASE.

При работе с материалами Центра деловой информации Kapital.kz разрешено использование лишь 30% текста с обязательной гиперссылкой на источник. При использовании полного материала необходимо разрешение редакции.