Алишер Еликбаев: Мне нужно, чтобы я мог спокойно отдыхать на Мальдивах, а вы ели йогурт и делали меня богаче
АВТОР

28.11.2018 • 10:30 1238

Алишер Еликбаев: Мне нужно, чтобы я мог спокойно отдыхать на Мальдивах, а вы ели йогурт и делали меня богаче

Как живет гуру казахстанского PR

Алишер Еликбаев, можно смело утверждать, вошел в историю отечественного PR. Считается, что ему по силам «раскрутить» и сделать успешным любой продукт. Сегодня известный PR-щик пробует себя и в бизнесе, Алишер владеет долей в Tutti Frutti Frozen Yogurt — калифорнийской франшизе по продаже замороженного йогурта. Как живет гуру казахстанского PR, на чем зарабатывает, с кем дружит, от чего получает удовольствие в жизни — обо всем этом он рассказал в интервью «Капитал.kz».

— Алишер, давайте сразу о бизнесе. О Tutti Frutti Frozen Yogurt. Вы недавно уже давали интервью моему коллеге. Прошло три месяца. Насколько успешно функционирует бизнес?

— Tutti Frutti Frozen Yogurt к моменту, когда я приходил во владение, успешно функционировал. Он уже был достаточно прибыльным бизнесом, окупаемым, у него была проблема только с узнаваемостью. Многие до сих пор путают, что это мороженое, то есть мы все равно конкурируем с мороженым, хотя не должны. Мы должны конкурировать с полезными десертами, на этом рынке у нас равных нет. Если верить основному совладельцу бизнеса, касса за эти месяцы возросла примерно на 20%. Естественно, мы ожидали больше, это нормально, когда ты ждешь больше, но я всегда объясняю людям данный процесс: мы растем, мы набираем обороты, узнаваемость бренда увеличивается.

— Вы своего партнера назвали основным совладельцем. Можете назвать ваши доли? Вы также говорили, что планируете наращивать свою долю в этом бизнесе, настолько он перспективен, на ваш взгляд?

— К сожалению, я не могу озвучить. Даже если появляется новый вкус, то только после согласования, и цифры я могу озвучивать только после согласования. Действительно, у меня доля небольшая, потому что все финансовые вложения были не мои на начальном этапе. Это оборудование куплено не на мои деньги, изначально бизнес развивался не на мои средства. То есть я пришел на все готовое, и в этом отношении, конечно, будет справедливо, что есть основной совладелец. Есть идея удвоить мою долю в ближайший год, если будет успешность. Сейчас мы ведем переговоры с еще двумя торговыми центрами, чтобы там тоже открыть точки.

— Вам, как пиарщику, насколько легко или сложно продвигать такой продукт, как замороженный йогурт? Как аудитория реагирует на этот продукт?

— Самые классные бизнесы, где я имею возможность показать свою силу, это те бизнесы, где есть свои особенности. Например, будь это донерная, я бы не смог. Там нелегко конкурировать на рынке. Когда продукт новый и у него есть какие-то особенности, как в нашем случае — полезный, вкусный, натуральный, о котором мало кто знает, вот здесь я люблю рассказывать о нем. Проводить ликбез. Я просто рассказываю, что это не мороженое, ребят, не путайте. Это йогурт с аминокислотами, пробиотиками, который готовится рано утром специально для вас. Он не стоит месяцами замороженный в боксах, там не присутствуют не очень полезные вещества, в том числе сахар, жиры и так далее. У нас, если йогурт недоеден, все к вечеру сливается, на утро готовится новый, эти все вещи мы пытаемся объяснять.

— Цены у вас ближе к сегменту премиум?

— На самом деле нет. Люди оценивают, что один шарик мороженого весит 50−70 граммов, они берут у нас 100 граммов — 700 тенге. Люди сами себе накладывают, то есть ты можешь положить 100 граммов, ничего страшного, будет весить как-то же самое мороженое. Просто за счет того, что он легкий, полезный, они съедают не 100, а 400−500 граммов. Это уже выходит в нормальную стоимость.

— Еще в каком-то бизнесе у вас есть доля?

— У меня есть большая проблема в том, что когда я говорю, что я выступил продюсером фильма какого-нибудь, меня тут же заваливают сценариями и просят, чтобы я был у них продюсером. Когда я говорю, что я купил долю в Tutti Frutti, ко мне начинают обращаться все, вплоть до завода по изготовлению тушенки, с просьбой «купите, пожалуйста, долю в бизнесе». На самом деле я не бизнесмен, не продюсер, я зарабатываю на жизнь PR, я помогаю крупным компаниям позиционировать себя на рынке, те же акции для Lexus, Toyota, для LG, других крупных компаний — этим я зарабатываю на жизнь. Постепенно я буду, конечно, заходить в какие-то бизнесы, но именно с точки зрения того, что там, я вижу, нужен ликбез, там я могу показать хорошие результаты. Долей в других бизнесах у меня нет, и в ближайшее время вряд ли появятся. Все потому, что у меня сейчас есть такой канал, воронка, куда отправляются все деньги, которые я зарабатываю. А для того чтобы вкладываться в чужие бизнесы, нужны свободные средства.

— И все-таки, Алишер Еликбаев в разных ипостасях — журналист, блогер, пиарщик и так далее. Какие «ништяки», как сегодня принято говорить, вы получаете от каждой из сфер деятельности?

— Я не люблю слово «блогер», я по образованию журналист, ваш коллега, по второму образованию я учился коммуникациям, в магистратуре. Вот они две мои основные профессии. Да, по стечению обстоятельств я стал известным в Сети, да, я зарабатываю при помощи рекламы в интернете, да, крупные компании хотят со мной работать, но когда меня спрашивают — кто вы, если отключат интернет, инстаграм, фейсбук и ютуб, кем вы станете? Я отвечаю: вернусь в свою нишу. Я был достаточно известным специалистом и до эпохи социальных сетей и интернета. Поэтому «ништяки» я беру отовсюду — меня узнают в кафе, делают скидку — «ништяк». Прихожу к стойке регистрации, мне делают апгрейд с экономкласса в бизнес — «ништяк». И таких «ништяков» очень много, я в принципе понимаю, что моя аудитория очень хорошая, и она очень сильно мне помогает по жизни двигаться. Самые главные бенефиты, которые я получаю — это люди, с которыми я общаюсь. В отличие от аудитории вайнеров, поп-звезд и всех остальных, у меня аудитория очень адекватная, воспитанная и хорошая. Многие думают, что я плохие комментарии подчищаю у себя, на самом деле — нет. У меня не бывает плохих комментариев, очень редко, когда кто-то там самоутвердился за мой счет с плохим комментарием. Обычно, это просто диалог, и люди, если сейчас подойдут, узнают меня, захотят сфотографироваться, они подождут, пока интервью закончится. Они не будут лезть ко мне, отодвигать ваши камеры. Я это видел в Вегасе, когда с Нурланом Сабуровым ходил на бой Головкина. Когда увидел его аудиторию, я сказал — нет, мне достаточно моей.

— А что не так с его аудиторией?

— Она бесцеремонная. Мы стоим, разговариваем, подходит парень казах, не прерывая нашу беседу, становится рядом с Нурланом, его с другой стороны фотографируют, и он уходит. То есть «ни здравствуйте», не важно, против Нурлан или за то, чтобы его фотографировали. И я ему на казахском языке говорю: эй, ты хоть разрешение попроси с ним сфотографироваться, это же ненормально! Он на Нурлана смотрит — можно? Ну, ты же уже сфотографировался! Было несколько таких эпизодов, по которым я понял, что мне комфортно с моей аудиторией, пусть она не такая большая, я не миллионник, я планомерно приближаюсь к 100 тыс. в инстаграме и 50 тыс. в фейсбуке. Но она очень кайфная, она платежеспособная, интеллигентная и интересная.

-Так вот, если все-таки что-то случится с интернетом, Алишер Еликбаев — журналист, куда он подастся? Из традиционных СМИ, что вам сегодня симпатично?

— По образованию и специализации я радиожурналист. Я мечтал работать на радио всегда, но там никогда много не платили. Мне нравится вести эфиры, интерактив, я кайфую от этого. Просто семью на эти деньги не прокормишь, я не знаю, как живут вообще радиоведущие.

— Еще одна ваша сфера деятельности — это бренд-амбассадорство. Вы сегодня представляете только один бренд — samsonite?

— Контракты всегда годовые и мне выгоднее работать с разными компаниями, потому что ценник у меня достаточно высокий на бренд-амбассадорство.

— Какой?

— Ну, будем говорить, что когда доллар был по 150 тенге, это была шестизначная цифра, когда стал 360 — пятизначная цифра в долларах. Это вопрос переговоров, ответственности и обязательств. Чем больше обязательств, тем больше ценник. Немногие себе могут это позволить, просто samsonite исторически сложившийся бренд. Я хочу, чтобы это был бизнес-кейс долгий, на многие годы.

— А еще поступали предложения?

— Постоянно. Многие думают, что я беру всех рекламодателей, на самом деле нет. Бывает, что переговоры заканчиваются ровно перед подписанием контракта. Потому что для многих это дорого, многие говорят: «Я хочу 20 постов в месяц», ты им объясняешь, что можно убить свою аудиторию, два поста будет достаточно. Они говорят: «Нет, вы что, мы хотим, чтобы о нас заговорили». Объясняю: «Хотите, чтобы о вас заговорили в положительном или отрицательном ключе? Бывает, что 10 публикаций, даже 5 публикаций это много». Они мне: «Вы такие деньги берете». Я знаю, что из 10 переговоров 8 заканчиваются ничем, два остаются, мы устраиваем друг друга по обязательствам, по цене. У меня небольшое количество рекламы, хотя если взглянуть на мой аккаунт, кажется, что только реклама, но это большая ошибка. У меня очень дорогая реклама, дороже, чем у многих — у 90−98%, все для того, чтобы ограничить ее.

— Алишер, не хочу вам льстить, но я думаю, вы со мной согласитесь, что сегодня сложилась некая каста, группа людей, которые ведут образ жизни, присущий вам. Они активны, успешны, их имена связывают с крупными брендами. Я говорю сейчас о вас и ваших друзьях — Ержане Рашеве, Бейбуте Алибекове. Вы друзья или больше партнеры?

— Этот проект, в котором есть я, Бейбут Алибеков, Кайрат Кудайберген и Ержан Рашев, был придуман Бейбутом Алибековым. Мы в повседневной жизни часто не встречаемся, у каждого из нас свой круг общения, мои друзья — они с детского сада, со школы, университета, просто они несильно присутствуют в социальных сетях, большую часть времени я провожу именно с ними. С ребятами мы просто поддерживаем друг друга. Если у Ержана есть клиент, надо чтобы присутствовал я — я еду. Если я продюсирую фильм, Ержан поедет ко мне. Помню, нас однажды подвел один поп-певец, не приехал на съемки, все застопорилось, потому что нет главного объекта. Бейбут в это время улетал в Лондон. Я ему звоню: «Быстро приезжай, нужно, чтобы ты приехал». Он говорит: «У меня самолет, я в Лондон улетаю». Я прошу: «На час». И вот он успел — тютелька в тютельку, снялся в ролике, быстро вскочил на самолет и улетел. Мы выручаем друг друга. У меня есть друзья-журналисты — Гульнар Бажкенова, Галина Рыжкина, Даша Бублик, это то же самое — ты их поддерживаешь много лет, есть другой подтип — те, с кем я каждый день, мы обедаем, вечером с семьями ходим друг другу на мероприятия, это другой круг общения. Есть деловые контакты, есть коллеги. Просто когда все думают, что мы все время вместе вчетвером, это большая ошибка, потому что у нас объективно нет друг на друга много времени.

— Очень интересно с вами говорить, Алишер. Еще один вопрос: вы довольны на сегодняшний день положением всех дел в вашей жизни?

— Нет, безусловно, я не доволен, я считаю себя недореализованным, считаю, что достоин большего. И этот червяк сидит постоянно. Я при этом понимаю, что это нормально, что в противном случае перестану развиваться и скажу — вот он, потолок мира, которого я стремился достичь. Я с женой много дискутирую на эту тему. Мне кажется, женщины в этом отношении проще, она говорит — я счастлива, ну, а я — нет. У меня двое прекрасных детей, красивая жена, отличный дом, нормальные машины, я узнаваем. Но ощущения счастья нет.

— Но вы делаете свою жену счастливой, это ли не счастье?

— Да, мне кажется, она тоже притворяется (смеется). Как это? Мне кажется, человек не может быть счастлив абсолютно. Он может быть счастлив минутами, когда ты летишь из Сеула, скажем, в Сиэтл, ты знаешь, что там тебя ждут крабы и пятизвездочный отель. И вот на этой высоте — ровно 7 часов ты счастлив. Приземлился — все, нет этого счастья. И это абсолютно нормальное явление. Мне кажется, счастлив может быть не очень умный человек, просто потому, что ему для счастья много не надо. А человек, раздираемый противоречиями, который чувствует, что он может больше… Или вот Ержан Рашевменя спрашивает: ты боишься потерять узнаваемость? Я не боюсь ее потерять ровно до того момента, пока она в финансовую часть не вмешивается. Я могу быть абсолютно неузнаваемым, но хорошо зарабатывать, и меня это полностью устроило бы. Несмотря на то, что я немного реализую себя в бизнесе, я не бизнесмен по натуре. Я абсолютно творческий человек, я не люблю работать и я не люблю вставать рано утром, куда-то спешить, на интервью или еще куда-то. Я люблю жить в свое удовольствие. Но проблема в том, что мне для этого нужно какое-то количество денег. Мне нужно, чтобы мой продукт потребляли, чтобы я мог спокойно на Мальдивах отдыхать, а вы ели йогурт и делали меня богаче.

Узнавайте больше об интересных событиях в Казахстане и за рубежом.
Подписывайтесь на нас в Яндекс Дзен

Заметили опечатку? Выделите ее мышью и нажмите сочетание клавиш Ctrl+Enter.

франшиза Алишер Еликбаев Tutti Frutti Frozen Yogurt

28.11.2018 • 10:30 1238

Поделиться
Отправить
Вотсапнуть
Алишер Еликбаев: Мне нужно, чтобы я мог спокойно отдыхать на Мальдивах, а вы ели йогурт и делали меня богаче
  • Центр деловой информации Kapital.kz — информационное агентство, информирующее о событиях в экономике, бизнесе и финансах в Казахстане и за рубежом. При работе с материалами Центра деловой информации Kapital.kz разрешено использование лишь 30% текста с обязательной гиперссылкой на источник. При использовании полного материала необходимо разрешение редакции. Редакция Kapital.kz не всегда разделяет мнения авторов статей. При нарушении условий размещения материалов редакция делового портала имеет право на решение спорных моментов в законодательном порядке.

  • Яндекс.Метрика