Соглашение ОПЕК заслуживает специального «Оскара»
АВТОР
ФОТОГРАФ

Neftegaz.ru

27.03.2017 • 09:00 22667

Соглашение ОПЕК заслуживает специального «Оскара»

Что происходит на мировом нефтяном рынке?

«Я уже неоднократно говорил о том, что декабрьское соглашение и ход его подготовки заслуживают специального „Оскара“ и являются самым весомым достижением XXI века в нефтяном сообществе мира», — заместитель генерального директора Казахского института нефти и газа Акбар Тукаев комментирует, какой эффект договоренности о сокращении добычи дали глобальному нефтяному рынку. Среди конкретных результатов этого соглашения эксперт выделяет три основных. Какие именно это эффекты, он рассказал в интервью корреспонденту центра деловой информации Kapital.kz. Также эксперт поделился своим видением того, что можно ожидать рынку от основных игроков в ближайшей перспективе, и какая средняя цена на черное золото может сложиться по итогам года.

— Первый эффект соглашения о сокращении добычи, на мой взгляд таков: масштабное освещение договоренностей полностью перекроило биржевые настроения на нефтяном рынке. Если в начале 2016 года соотношение «медведей» и «быков» составляло 80:20 в пользу первых, то сейчас ситуация 45:55. По сравнению с первым кварталом прошлого года количество short-позиций по Brent сократилось в два с лишним раза. Таким образом, сегодня рынок более лоялен к высоким котировкам.

Второй результат: был частично нейтрализован сезонный фактор. В последние годы зимой, особенно в январе, падает потребление нефти в США, Канаде, ряде ведущих стран Европы. В этом году подобные «медвежьи» аргументы были оттеснены на задний план. Исключение составили только коммерческие запасы.

Третий основной эффект декабрьских договоренностей заключается в том, что такие факторы, как беспрецедентно высокий индекс доллара США и ожидание повышения ставки ФРС, не сыграли роли «мертвого якоря» для нефтяных цен. Хотя желательный уровень индекса доллара США для роста нефтяных цен — 95−97 пунктов, а весь первый квартал он держался на уровне 100−102 пункта.

Кроме того, важно, что договоренности выполняются. Если в ноябре 2016 года добыча ОПЕК составляла 33,4 млн барр./сут., то в декабре — 33 млн барр./сут., в январе — 32,1 млн барр./сут., в феврале — 31,96 млн барр./сут. Да, есть вопросы по отдельным государствам. Но никто и не ожидал стопроцентного выполнения, причем в первые месяцы.

Декабрьским соглашением, по сути, выставлен нижний предел в 50 долларов за баррель для потенциально негативного первого квартала. Не было бы подписания, сейчас цена на Brent была бы около 40 долларов.

Что мы имеем фактически? В первом квартале этого года средняя цена на Brent по фьючерсам составит около 54,5 долларов за баррель, по спотовым сделкам — около 53,6 долларов.

— Акбар Куанышбаевич, Международное энергетическое агентство (МЭА) прогнозирует возможный дефицит в 0,5 барр./сут. в I полугодии этого года. На ваш взгляд, возможно ли это и насколько позитивно или негативно это скажется на рынке, как отразится на стоимости нефти?

— В 2015 году был поднят на «щит» тезис о чрезмерном превышении предложения нефти над спросом. Но глобальный нефтяной рынок вовсе не базар и не механизм атомных часов. В каждый момент времени в каждом отдельном регионе происходят свои процессы.

А данные по мировому спросу-предложению достают из запасников и активно обсуждают только в случае больших ценовых игр. Помните, как в последние два года мусолили этот тезис?

А что мы наблюдали в этом году? В январе предложение нефти в мире превышало спрос на 700 тыс. барр./сут. и опять зазвучало из всех рупоров: «Рынок перенасыщен нефтью», «Эпоха нефти заканчивается» и т. п. В феврале по оперативным данным предложение нефти уже отстало от спроса почти на 1 млн барр./сут.: «медведи» тут же забыли про спрос-предложение и переключились на коммерческие запасы США и сланцевый аспект.

Дальнейшие заголовки и рассуждения тоже можно прогнозировать: в марте-мае снова ожидается «навес» предложения, связанный с сезонным падением потребления в Японии, Германии и Великобритании, а в июне возможен дефицит предложения.

Так и с прогнозом МЭА, который в целом соответствует объективным оценкам. Вроде бы весомейший аргумент в пользу роста нефтяных цен, а биржевые игроки отмахиваются и следят только за отдельными показателями еженедельной американской статистики и за показными выступлениями нефтяных министров. Но все идет к тому, что летом уже «игроки на повышение» активизируют тематику фактического отсутствия проблемы спроса-предложения. Ведь, исходя из текущих данных, в 2017 году ожидается существенное снижение показателей у трети стран, входящих ТОП-20 нефтедобытчиков мира.

— Некоторые СМИ пишут, что на рынке нефти назревает конфликт: Саудовская Аравия сокращает добычу больше, чем нужно было по соглашению, а Иран в то же время увеличивает добычу. По вашему мнению, есть этот конфликт и как он может повлиять на рынок?

— Мы с вами в прошлом году обсуждали нюансы взаимодействия Саудовской Аравии и Ирана. Эти две страны имеют слишком много расхождений во взглядах на любой вопрос. Благодаря России в конце прошлого года удалось найти разумный консенсус — Саудовская Аравия снижает добычу и минимизирует негативную риторику по иранской нефтяной политике, в свою очередь Тегеран ограничивает рост добычи.

Еще в конце 2015 года говорилось о том, что Иран в самые сжатые сроки достигнет и превысит уровень добычи в 4 млн барр./сут. Фактически же в связи с прошлогодними договоренностями и в силу ряда технических возможностей траектория добычи в Иране имеет приемлемый для мирового рынка характер. В январе 2016 года — 2,9 млн барр./сут., в июне — 3,6 млн барр./сут., в октябре — 3,71 млн барр./сут., в декабре — 3,73 млн барр./сут., в феврале 2017 года — 3,8 млн барр./сут. И такая динамика наблюдается в условиях усиления прессинга на Иран со стороны США.

Но не надо думать, что Саудовская Аравия пошла на невиданные жертвы. Сезонный пик добычи в этом государстве традиционно приходится на второе полугодие. Так что Эр-Рияд мог смело идти на снижение добычи в январе-июне. Другой вопрос, что конструктивные отношения России, Ирана и Саудовской Аравии имеют определенный круг политических недоброжелателей, которые при любой возможности раздувают трудности сотрудничества.

На первый взгляд тренд усиления противоречий уже существует. Из непосредственного общения с участниками конференции IHS CERA Week, состоявшейся недавно в Хьюстоне, известно о жесткой публичной дискуссии между Новаком (министром энергетики России, — прим. ред.) и Аль-Фалихом (министром энергетики Саудовской Аравии, — прим. ред.). Но не надо забывать, что одно дело пафосные выступления, направляемые политическими аспектами, другое — непосредственный переговорный процесс. Считаю, что реальное взаимодействие главных игроков нефтяных договоренностей пока не является критичным.

— Министр энергетики Саудовской Аравии заявил о том, что соглашение может быть продлено на второе полугодие. Возможно ли это, по вашему мнению?

— В 2016 году мировой рынок был шокирован соглашением казалось бы непримиримых нефтяных конкурентов. В нынешнем году необходимо сохранить этот вектор, сломавший негативные для нефти многоходовые политические комбинации и пессимизм биржевых настроений. Думаю, что Секретариат ОПЕК сейчас очень внимательно мониторит все нюансы воздействия на нефтяные цены. От этого зависит потенциал и условия новых договоренностей, необходимый круг участников.

К примеру, самая популярная версия среди игроков текущего «бычьего» настроя (именно сейчас играющих на понижение), что в марте среднемесячная цена будет около 50 долларов за баррель, с апреля по июль — 42 доллара и ниже. Далее, по их мнению, в августе произойдет возврат к 50-долларовой отметке, к концу года не исключено более 60 долларов за баррель. Вполне возможно, что ведущие нефтеэкспортеры мира сейчас рассматривают приемлемость такого сценария и возможности воздействия на ситуацию, в том числе взаимодействуя с крупнейшими нефтегазовыми ТНК.

Другой момент. Раз биржи активизировали внимание нефтяной отрасли США, в том числе к коммерческим запасам, динамике числа действующих буровых установок и уровню добычи, то выводы и предложения по ним в странах ОПЕК начнут детально обсуждаться на профессиональном уровне уже в ближайшее время.

Возьмем муссируемый тезис о росте коммерческих запасов в США. Здесь есть такие внутриотраслевые нюансы. Во-первых, это традиционный сезонный рост в первые четыре месяца года. При этом если за январь-апрель 2015 года коммерческие запасы в США выросли на 110 млн баррелей, то в 2016 году — на 61 млн баррелей, а текущем году — на 54 млн баррелей. Таким образом, вполне возможно, что благодаря декабрьским договоренностям сезонный рост коммерческих запасов в США будет самым низким за последние годы.

Во-вторых, продолжают развиваться нефтетранспортный и нефтеперерабатывающий сектора США. За последние пару лет объем потребления нефти в этой стране возрос на 500 тыс. барр./сут. и сейчас превышает 7,2 млрд баррелей ежегодно. Порядка трети официально возросших «коммерческих запасов», по сути, являются нефтью для обеспечения нормальных технологических процессов нефтепроводов и заводов. Эту нефть нельзя просто продать, хотя она учитывается в коммерческих запасах.

В-третьих, уже началось сезонное снижение запасов нефтепродуктов в США. По бензину это наблюдается пять недель подряд, по дистиллятам — уже шесть недель. При этом в начале апреля в США начинается сезонный рост объемов нефтепереработки, который продолжается до августа. Причем в последние годы этот сезонный рост достигал 1,7 млн барр./сут., то есть только за апрель НПЗ могут дополнительно отвлечь на себя порядка 50 млн баррелей (приплюсовав к уже перерабатываемым 460−480 млн баррелей в месяц).

В целом отраслевых нюансов сейчас в мире предостаточно и от взвешенной оценки ситуации будет зависеть востребованность новых соглашений между странами, входящими и не входящими в ОПЕК. Цена в 50 долларов за баррель Brent сейчас устраивает всех основных игроков, но аппетиты будут расти. Если 60-долларовый рубеж не забрезжит на горизонте, то новые договоренности его создадут.

— США планируют сдать в аренду для разработки участки нефтегазовых месторождений в Мексиканском заливе. Будут ли эти участки сдаваться исключительно американским компаниям или иностранные тоже смогут претендовать на них? Для чего США хотят сдавать в аренду участки, находящиеся в федеральных землях, где при Бараке Обаме ограничивалось бурение?

— Трамп не профессиональный политик, а бизнесмен, поэтому пока выполняет свои предвыборные обещания. Одно из них — энергетическая независимость. США остаются крупнейшим в мире импортером нефти: около трети потребляемых в государстве жидких углеводородов завозится извне. В начале февраля этого года была неделя, когда уровень импорта достигал даже 9,4 млн барр./сут., это самый большой показатель с сентября 2012 года. Эта зависимость не покроется, к примеру, сланцевой нефтью. За 10 последних лет, в период сланцевого бума, среднегодовой импорт США снизился только на 2,5 млн барр./сут. Новая администрация страны понимает, что энергетическая независимость не может быть достигнута без задействования всего спектра возможностей получения нефти, в том числе вовлечения в сферу недропользования федеральных земель.

С другой стороны, Трамп ратует за конкуренцию, что не позволит ограничиться участием в новых проектах сугубо американских компаний. Шельфовые проекты имеют более длительные инвестиционные циклы и более высокую капиталоемкость. Между тем, к концу 2016 года консолидированный показатель соотношения долговых платежей и операционного потока по ведущим нефтегазовым предприятиям США возрос до 75%.

— С какой целью США и Саудовская Аравия проводят консультации? Возможно ли какое-то объединение позиций этих игроков для регулирования или воздействия на рынок в своих интересах?

— Что бы там ни говорилось о борьбе Саудовской Аравии со сланцевой добычей, Эр-Рияд и Вашингтон остаются союзниками по целому ряду направлений. Только начинаешь верить в то, что нефтяные цены в 2014 году начали обваливаться вместе с введением санкций против России случайно, как в середине января этого года министр иностранных дел Саудовской Аравии делает очень многозначительное выступление. Он говорит: «Мы с оптимизмом смотрим на приход к власти новой администрации в США и ожидаем сотрудничества с ней во всех важных для обеих стран областях. В последние годы Саудовская Аравия как крупнейший экспортер нефти привела свои интересы в соответствие с интересами США в геополитике, а также в вопросах энергетики и финансов».

В любом случае Северная Америка является важным рынком для саудитов. Если в Юго-Восточную Азию Эр-Рияд поставляет около 2 млн барр./сут., то в Европу и США — по 1 млн барр./сут.

В то же время Саудовская Аравия является вторым поставщиком нефти в США (после Канады). В силу ряда причин альтернативы саудовскому импорту нет. Поэтому эти две страны будут связаны нефтяным узлом еще как минимум лет десять. И каждая сторона стремится получить от этого свои бонусы.

— В последнем отчете EIA, Агентства энергетической информации США, говорится о том, что сланцевые добытчики могут увеличить добычу практически до 5 млн барр./сут. Насколько это реально и что это может означать для мирового рынка?

— Не надо пугаться цифры в 5 млн барр./сут. На самом деле сланцевая добыча в США в конце 2016 года составляла 4,68 млн барр./сут. Текущие показатели марта — 4,85 млн барр./сут. То есть к сегодняшнему уровню будет добавлено только порядка 200 тыс. барр./сут. Это не станет шоком для мирового рынка.

Вместе с тем для самих США это тоже непростой момент — никакого взрывного роста не наблюдается. В настоящее время из имеющихся семи сланцевых регионов страны, только четыре демонстрируют значимые объемы производства. Из этих четырех только формация Permian показывает стабильную динамику роста. В январе 2016 года уровень добычи по этому региону составлял 1,9 млн барр./сут., в декабре 2016 года — 2,1 млн барр./сут., в марте 2017 года — около 2,2 млн барр./сут.

По трем другим — Eagle Ford, Bakken и Niobrara — существенные изменения показателей пока отсутствуют, более или менее эффективно функционируют около 300 скважин, а фонд бездействующих скважин — около 2700. Решительные перемены здесь возможны только при возвращении цен к уровню 55−60 долларов за баррель, а также в случае продолжения оптимизации затрат.

Кроме того, с определенной долей скепсиса надо воспринимать информацию по росту числа действующих буровых установок в Северной Америке. Информагентства говорят о достижении в США значительной цифры — более 650 установок по нефти. Но, во-первых, половина из них находится в упомянутой формации Permian. Во-вторых, надо учитывать, что за три последних месяца рост составил 130 установок. При таких темпах увеличения понадобится не менее года, чтобы только приблизиться к показателям 2014−2015 годов, когда в США было зафиксировано 1,5 тыс. нефтяных буровых установок.

— Китайское национальное бюро статистики сообщило, что в январе-феврале Китай сократил объем добычи на 8%. Это связано с высокими затратами на внутреннее производство, поэтому НПЗ импортировали сырую нефть в большем количестве. Что сейчас происходит в нефтегазовой сфере одного из крупнейших в мире потребителей нефти? Будет ли страна дальше увеличивать импорт?

— Если в 2015—2016 годах в первые два календарных месяца в КНР добывалось около 34 млн тонн нефти, то в январе-феврале 2017 года официальная статистика показала 31,44 млн тонн. Но процесс радикального сокращения добычи в Китае начался не в этом году, а в марте-апреле 2016 года. В течение прошлого года падение добычи варьировалось в пределах от 4% до 11%, пока не стабилизировалось на уровне 7−8%.

Влияние оказало несколько факторов. Во-первых, обеспеченность собственной нефтью в КНР сейчас составляет только 11−12 лет. Стать полностью зависимым от импорта государством Китай не склонен, поэтому в настоящее время акцент сделан на накопление стратегических запасов и постепенную разработку сланцевых месторождений.

Во-вторых, в течение 2016 года крупнейшие нефтеэкспортеры мира устроили демпинговую гонку на поставки в Восточную Азию. Китай успешно использовал этот момент для заключения долгосрочных контрактов по выгодным ценам.

Вместе с тем в КНР в последние семь лет ежегодный прирост потребления нефти составляет не менее 400 тыс. барр./сут. Немаловажную роль в этом играет то, что в настоящее время в стране имеется более 160 млн бензиновых и дизельных автомобилей. Если сохранится текущая динамика прироста на 15 млн авто в год и будет отсутствовать существенный прогресс в собственной сланцевой добыче, то в ближайшие несколько лет Китай станет главным импортером нефти в мире, обогнав США.

— В прошлом году вы говорили о том, что Индия претендует на третье место в мировом нефтепотреблении. Насколько сейчас она приблизилась к этому?

— Сейчас все идет к тому, что Индия перейдет в разряд крупных стран со значительным и длительным ростом ВВП. Прогнозы темпов экономического роста на ближайшие три года для Дели — около 7,7%.

Для мирового нефтяного рынка это очень важный фактор. Ведь в 2016 году Индия обогнала Японию по потреблению нефти и сейчас занимает третье место — после США и Китая. За последние 10 лет потребление нефти в Индии выросло более чем на 60%. В случае исполнения макроэкономических прогнозов ежегодный прирост спроса на черное золото в стране будет составлять свыше 200 тыс. барр./сут. К 2020 году это государство начнет потреблять около 5 млн барр./сут. К 2030 году показатель может удвоиться.

— Стоимость нефти на мировом рынке — каков ваш прогноз на 2017 год?

— Несмотря на текущее снижение цен, пока остаюсь при своем мнении, высказанном в ноябре прошлого года: среднегодовая стоимость барреля Brent составит более 53 долларов по спотовым сделкам, более 54 долларов — по фьючерсам. Но будем следить за широким спектром отраслевых показателей, и вполне возможно, что прогноз изменится в сторону увеличения.

— Как будет чувствовать себя нефтедобывающая отрасль Казахстана в этом году — по объемам добычи, переработки, с учетом стоимости нефти, которая сложится в этом году?

— По текущим оценкам добыча нефти и конденсата в Казахстане составит в 2017 году около 80 млн тонн, с ростом на 3% к уровню 2016 года. Консолидированный объем добычи жидких углеводородов по месторождениям-супергигантам (Тенгиз, Карачаганак и Кашаган) составит в этом году 44 млн тонн. Если в 2016 году снижение производства было зафиксировано у 60% действующих нефтедобывающих предприятий страны, то в 2017 году этот показатель уменьшится до 30%.

Узнавайте больше об интересных событиях в Казахстане и за рубежом.
Подписывайтесь на нас в Telegram

Заметили опечатку? Выделите ее мышью и нажмите сочетание клавиш Ctrl+Enter.

нефть рынок нефти

27.03.2017 • 09:00 22667

Поделиться
Отправить
Вотсапнуть
Соглашение ОПЕК заслуживает специального «Оскара»
  • Центр деловой информации Kapital.kz — информационное агентство, информирующее о событиях в экономике, бизнесе и финансах в Казахстане и за рубежом. При работе с материалами Центра деловой информации Kapital.kz разрешено использование лишь 30% текста с обязательной гиперссылкой на источник. При использовании полного материала необходимо разрешение редакции. Редакция Kapital.kz не всегда разделяет мнения авторов статей. При нарушении условий размещения материалов редакция делового портала имеет право на решение спорных моментов в законодательном порядке.

  • Яндекс.Метрика