АВТОР

Елена Тумашова

ФОТОГРАФ

Вячеслав Батурин

21.01.2016 • 09:00 4888

Нефть плывет ко дну

Иран выполняет обещания, рынок ждет демпинга

В одной из «страшных сказок» нефтяного рынка началась новая глава. США и Евросоюз 16 января отменили некоторые ограничения в отношении Исламской Республики, и она получила возможность увеличить официальный экспорт черного золота на мировой рынок. Как минимум в течение последних шести месяцев 2015 года – после того, как ИРИ и шестерка переговорщиков пришли к соглашению об ограничении Ираном его ядерной программы в обмен на снятие санкций – ситуация вокруг Исламской Республики и ее экспортных возможностей служила одним из аргументов снижения стоимости черного золота. Только на «иранском факторе», действовавшем в совокупности с некоторыми другими моментами, Brent потерял, по оценке Акбара Тукаева, заместителя генерального директора Казахского института нефти и газа, около $20. Это существенная величина, если учесть, что разница между среднегодовой ценой североморской смеси в 2014 и в 2015 годах составила около $46,6 (значения по годам – примерно $99 и $52,40 соответственно).

Эксперты прокомментировали для делового еженедельника «Капитал.kz», какого воздействия на рынок – в физическом смысле и в плане нефтяных цен – можно ожидать от поступления дополнительного объема иранской нефти на мировой рынок и каким образом это может затронуть Казахстан, ведь у Ирана и Казахстана есть точки соприкосновения на рынках.

Иран выполняет обещания, рынок ждет демпинга

Котировки Brent, в январе падавшие в ходе торговых сессий за $30, но фиксировавшиеся по итогам торгов все же выше этого уровня, переступили указанную черту 15 января, в пятницу. Цена закрытия составила $28,94, что на 6,74% меньше цены закрытия предыдущего дня (14 января – $31,03). С того времени североморская смесь «пляшет» на уровне «28+». Самым сильным «провалом» с тех пор стало падение в воскресенье, 17 января: Brent просел по отношению к предыдущему дню на 2,75% до $28,15. На следующий день он, напротив, укрепился – на 1,44% до $28,55. Вторник, 19 января, также завершился для европейского эталона приростом стоимости: плюс 0,72% до $28,75. Отметим, что в ходе торгов 17 и 18 января котировки опускались до уровня «27+» – $27,72 и $27,67 соответственно.

Аналитики, прокомментировавшие деловому еженедельнику «Капитал.kz» реакцию Brent, разошлись в ее оценке. Некоторые указывают на то, что рынок уже был в курсе «иранского фактора»: о том, что ограничения отменят в январе, было известно еще летом. «Именно по этой причине колебания котировок на новости о решении США и ЕС были незначительными – 1-1,5%. Сначала рынок отреагировал резким падением, но ситуация уже нормализовалась», – отмечает Сергей Пикин, директор Фонда энергетического развития. Теперь, считает он, ценовая динамика будет зависеть в большей степени от того, с какими ценами Иран выйдет на рынок, а он вполне может дать скидку до $2 за баррель, чтобы вернуться на прежние рынки и потеснить конкурентов.

Текущая цена нефти учитывает все риски выхода Ирана на нефтяной рынок, и, возможно, в ней заложено даже больше, продолжает Евгений Слесарев, инвестиционный консультант компании FIBO Group. «Иранские официальные лица, – поясняет он, – постоянно подливали масла в огонь своими заявлениями о том, что их не остановит низкая стоимость нефти, и они готовы наращивать добычу и продажу при любых рыночных котировка на углеводороды». Это привело к тому, что в ноябре нефтяные котировки покинули диапазон $44-50 за баррель и снизились к текущему уровню – $28-30.

Однако Акбар Тукаев считает «несбыточными» – как минимум в течение полугода – фразы на счет того, что рынок уже учел фактор Ирана: панические настроения довлеют, весь прошедший год спекулянты с завидной регулярностью «роняли» котировки нефти на информации, приходящей из Исламской республики.

Анна Бодрова, старший аналитик «Альпари», указывает на эмоциональную реакцию рынка, «несмотря на то, что новость относительно Ирана ожидалась давно». По ее мнению, техническая картина не исключает движения котировок Brent в область многолетней поддержки на уровне $24 за баррель. «Эта отметка в разные годы была то сопротивлением, то поддержкой, но в ее силе сомневаться не приходится. Вероятность движения рынка в эту сторону довольно велика», – говорит эксперт.

Физическое воздействие – будет ли оно существенным?

Какой объем нефти Иран сможет поставлять на мировой рынок – это, в принципе, вопрос открытый, поскольку точных данных нет, и аналитики также не сходятся в оценках. Одна из целей, озвученных в 2015 году официальными представителями страны, – 500 тыс. барр./сут. после снятия санкций и 500 тыс. барр./сут. в течение полугода после этого. В понедельник, 18 января, правительство ИРИ одобрило увеличение производства на 500 тыс. барр./сут., замминистра нефтяной промышленности Ирана сообщил, что страна готова «взять барьер». Однако когда объемы из заявленных превратятся в реальные – это вопрос, поскольку нефтегазовая промышленность немного «покрылась паутиной» за период действия санкций.

Евгений Слесарев, говоря о потенциальных поставках, ссылается на такие цифры: в I квартале 2016 года – не более 300 тыс. барр./сут., к концу I полугодия предложение может вырасти до 600 тыс. барр./сут. При этом в 2015 году мировому рынку предлагалось на 2 млн барр./сут. больше, чем ему требовалось, – такова оценка ОПЕК, в I полугодии 2016 года разница составит 1,5 млн барр./сут. «Если сопоставить объемы на мировом рынке с тем, что хочет предложить Иран, то можно утверждать: рынку нефти кардинально ничего не угрожает. Говорить о том, что выход Ирана на рынок приведет к новым обвалам цен, не приходится», – считает собеседник.

У ИРИ определенные объемы черного золота уже наготове: по информации экспертов, в нефтехранилищах и танкерах находятся от 30 млн барр. до 50 млн барр., либо от 40 млн барр. до 70 млн барр. сырья, которое накапливалось специально к снятию санкций. 13 января генеральный директор Национальной иранской танкерной компании заявил о готовности танкерного флота Ирана в отмене санкций – компания сможет приступить к перевозкам немедленно после снятия ограничений в отношении ИРИ, в том числе ограничений, касающихся страхования танкеров.

«Первый контракт у него заключен с Китаем, дальше переговоры будут вестись и по другим направлениям. После того, как запасы Ирана будут распроданы и вернутся деньги, в том числе замороженные на зарубежных счетах страны (в банках, по большей части западных, арестовано около $107 млрд, по оценкам Всемирного банка, – ред.), ИРИ более активно начнет разрабатывать месторождения, которые были законсервированы после введения санкций. Именно эти месторождения дадут прирост добычи нефти», – поясняет Сергей Пикин. По его мнению, прирост на 1 млн барр./сут. вполне возможен до конца года – дело, может быть, в плюс-минус нескольких месяцах. Но в любом случае объемы будут расти.

«На самом деле, – добавляет Акбар Тукаев, – порядка 400 тыс. барр./сут. государство уже поставляет на мировой рынок (санкции были объявлены вовсе не всем мировым сообществом). А с учетом теневых потоков экспорт достигает 1 млн барр./сут. Дополнительное существенное поступление иранской нефти будет официально зафиксировано в январе-феврале этого года». В целом, по информации эксперта, в настоящее время с учетом снижения за последние годы добычи и роста перерабатывающих мощностей экспортный потенциал Ирана оценивается в 1,5 млн барр./сут. (включая упомянутые выше 400 тыс. барр./сут.).

Однако возможности Ирана, которые он готов воплотить в физические объемы на рынке, по мнению Акбара Тукаева, могут быть частично компенсированы «провалами» в добыче у таких гигантов, как Саудовская Аравия и США (например, в 2015 году разница между пиком и низким уровнем добычи в этих странах составляла около 0,5 млн барр./сут.). «А если ОПЕК хотя бы частично посодействует Ирану, то грандиозного превышения предложения не будет», – добавляет аналитик.

Нефть из РК не так просто выдавить с рынка

Один из главных вопросов, который возникает из-за воздействия «иранского фактора», – куда пойдут «свободные» объемы. До введения последнего эмбарго экспорт иранской нефти составлял более 2 млн барр./сут. При этом основными направлениями поставок были Европа и Азиатско-Тихоокеанский регион. «В Европу поставлялось больше нефти Iranian Light, в АТР – Iranian Heavy. Можно предположить, что в ближайшие года два Иран предложит Европе дополнительно более 100 тыс. барр./сут. нефти Light и около 300 тыс. барр./сут. – Heavy. Для АТР добавочное предложение Ирана оценивается в 300-400 тыс. барр./сут.», – говорит Акбар Тукаев.

11 января стало известно, что в марте или апреле Исламская Республика планирует начать продажи нового сорта тяжелой нефти. Это объясняется увеличением добычи на месторождениях в Западном Каруне, вблизи границы с Ираком, сообщил агентству Bloomberg представитель нефтяной госкорпорации National Iranian Oil Co. «Для этой смеси, которая будет иметь более конкурентоспособную плотность, география распространения может быть самой широкой, вплоть до прорыва на американский континент», – считает Акбар Тукаев.

Экспортировать сырье Иран может и в Европу – основной рынок сбыта для Казахстана. В среду, 20 января, стало известно, что ИРИ предоставила скидку для потребителей в этом регионе. На сорт Iranian Heavy она составит $6,55, при этом дисконт Саудовской Аравии – $4,85.

Олжас Байдильдинов, независимый аналитик в нефтегазовой сфере, не разделяет опасений, что поставка дополнительных объемов иранской нефти может привести к потере Казахстаном своей доли на этом рынке. Аргументов два.

Первый – объемы, которые Старому Свету может предложить Иран. «Большая часть экспорта из Исламской Республики идет на рынки Азии. В Европу будет направлена меньшая часть, из новых объемов, предположим, примерно 200-300 тыс. барр./сут., может быть, 400 тыс. барр./сут. С учетом того, сколько потребляет Европа, эти поставки значительной роли на этом рынке не сыграют», – говорит эксперт.

Второй аргумент – объемы, которые Казахстан поставляет европейским потребителям, не могут тягаться с предложением России и Саудовской Аравии. Эти два гиганта, конкурирующие в некоторых странах, «бьются» и на европейском рынке. Россия, показатели добычи которой в настоящее время рекордны со времен Советского Союза, наметила их увеличение и на 2016 год. В то же время в конце прошлого года прошла информация о том, что Саудовская Аравия поставила серьезные объемы на европейский рынок. «Объемы, которые поставляет Казахстан, несопоставимы с предложением этих игроков. Но мы в любом случае не потеряем свою долю: у нас есть законтрактованные объемы, есть традиционные трубопроводные поставки. То есть к физическому снижению казахстанского экспорта в Европу это не приведет», – поясняет аналитик.

«Казахстан порядка 70% экспорта нефти направляет в Европу. Но наша нефть больше относится к категориям Ultra Light и Light&Medium Sour, тогда как у Ирана в новых поставках будут несколько другие характеристики. Конечно, есть нюансы и растущая проблема демпинга, но совсем уж жесткими конкурентами Астана и Тегеран не будут. Нашу нефть, особенно тенгизскую и ряда других месторождений, не так просто заменить или выдавить с рынка», – говорит Акбар Тукаев.

Естественно, пока Иран не получит новую нишу на рынке, влияние на цены будет негативным. «Вместе с тем, когда обывателя пугают себестоимостью иранской нефти в $10-15 за баррель, надо учитывать, что по качественным параметрам плотности и серы Iranian Heavy в большинстве своем оценивается ниже примерно на 15%, чем марка Brent, на которую ориентируются поставщики казахстанской нефти. Соответственно, возможный интервал цен для иранской нефти в $20-25 за баррель – это $24-29 в эквиваленте для Brent», – говорит эксперт.

Олжас Байдильдинов считает, что выход иранской нефти на европейский рынок может отразиться на доходах Казахстана. По мере увеличения поставок, и именно поставок различных сортов нефти, на европейском рынке будет снижаться цена на эти сорта. Российский Urals всегда торгуется с дисконтом по отношению к Brent. Традиционно – на $1-2 или на $1,5-2 за баррель, сейчас из-за усиления конкуренции скидка временами может доходить до $3-4. То есть российское сырье сейчас стоит порядка $24-25 за баррель. Саудовская нефть торгуется с еще большим дисконтом из-за необходимости конкурировать с российской нефтью. Казахстанская нефть всегда продается с дисконтом к Urals – на $1-1,5 из-за более низкого качества. «Таким образом, для того чтобы получить цену казахстанской нефти на рынке Европы, от стоимости фьючерсов на Brent, которая идет «бегущей строкой», необходимо отнять $5-6», – объясняет Олжас Байдильдинов. Другими словами, под действием «иранского фактора» стоит ожидать снижения цен на все сорта, которые торгуются со скидкой к Brent. Для Казахстана это, естественно, означает снижение экспортной выручки.

Заметили опечатку? Выделите ее мышью и нажмите сочетание клавиш Ctrl+Enter.

мировые цены на нефть иран нефть нефть падает Нефть из РК

21.01.2016 • 09:00 4888

Loading...