USD
429.51₸ ↑
+1.160
EUR
502.14₸ ↑
+2.730
RUB
5.42₸ ↓
-0.020
BRENT
41.33$ ↓
-0.260
BTC
10792.00$ ↑
+0.009
ETH
358.00$ ↑
+0.010
LTC
46.35$ ↑
+0.023
ГлавнаяГосударствоВремя отдавать

Время отдавать

То, что нужно тебе самому

Британская Charity Aid Foundation, ежегодно выпускающая влиятельный «Мировой рейтинг благотворительности» (CAF World Giving Index), в своем последнем на сегодняшний день отчете не поставила Казахстан на высокое место. Наша страна в нем 56-я. Простые сограждане весьма активно тратят на благие дела те немногие ресурсы, что у них есть. А бизнес? Самое время задать вопрос, почему новые капиталисты Казахстана так мало, а порой неразумно, тратят на поддержку неимущих и неспособных? Да и тратят ли вообще?

Ситуация с «готовностью отдавать» у нас меняется к лучшему, это факт. Еще несколько лет назад Казахстан был в упомянутом рейтинге 121-м (из 153 стран). Но большая часть ответственности за успех лежит, разумеется, не на бизнесменах, а на активизировавшихся неправительственных организациях и их спонсорах, часто зарубежных («Сорос», «Евразия», «Бота», ЮСАИД и др.). По крайней мере у меня, как у человека, который последние шесть лет работал и работает в некоммерческом секторе, сложилась именно такая точка зрения. Но индекс учитывает не только то, как творят благо организации, призванные это делать, но и то, как в эстафете добрых дел участвуют граждане сраны, в том числе и финансово более чем обеспеченные. К примеру, по готовности помочь незнакомцу мы на 68-м месте в мире, а по желанию поделиться деньгами и уделить время волонтерству — на 51-м. А что думают эксперты?

Генеральный директор Центральноазиатского фонда развития демократии, кандидат политических наук Толганай Умбеталиева считает, что хотя практики оказания помощи существовали у нас и раньше, благотворительность в стране понятие все еще новое: «С приходом рыночной экономики все отношения внутри общества стали принимать денежный характер. Свою цену и стоимость стала приобретать и любая помощь, благотворительность также приобрела иное значение в обществе».

Почему же просто среднестатистические богатые люди, да и миллионеры из списка, не тратятся на добрые дела во благо и конкретных людей и общества в целом? Я, к примеру, не богат, но трачусь и делаю это с радостью.

«Большинство наших бизнесменов люди молодые и заняты накоплением первых капиталов, поэтому, думаю, пока и не готовы ими делиться. А если уж делятся, то пытаются извлечь из этого репутационные выгоды. Более того, среди нашей бизнес-элиты наблюдается преобладание мотивов демонстрации богатства и власти для получения признания в обществе. А как утверждают специалисты, люди, мотивированные именно этими вещами, благотворительностью не занимаются. Она в большей степени интересна предпринимателям, что целью развития своего бизнеса видят в изменении действительности и развитии собственных способностей через бизнес», — говорит генеральный директор Центральноазиатского фонда развития демократии.

Очень многие из небедных людей нашей страны пеняют на отсутствие налоговых послаблений для них при оказании благотворительной помощи, кивая на Запад…

«Следует заметить, что налоговые льготы для компаний, занимающихся благотворительностью, весьма спорный момент. Я поддерживаю ту точку зрения, что благотворительность со льготами — уже не благотворительность. Чтобы благотворительность стала ценностью для бизнеса, необходимо принятие помощи как ценности. А такого у нас пока нет, особенно среди бизнес-элиты», — говорит Толганай Умбеталиева.

Другой интересный момент — роль государства в развитии благотворительности в стране. «Государство пытается реформировать социальную систему, предлагая идеи социального государства, где благотворительность выступает одним из ключевых принципов. С одной стороны, оно не признает факт социального расслоения и наличия бедности в стране, с другой — стремится передать функции оказания помощи бедным обществу, предпринимателям и сконцентрироваться лишь на собственном пиаре. Крупный бизнес „впитывает“ эту стратегию и осуществляет в результате этого т.н. „эгоистическую благотворительность“. Поэтому общество и думает, что благотворительность скорее нужна самим бизнесменам, нежели тем, кто нуждается в помощи».

Не соглашается с Толганай в части ненадобности поощрения добрых дел бизнеса со стороны государства руководитель Центра социально-политических исследований Международного научного комплекса «Астана» Максим Казначеев. Он считает, что отсутствие экономических стимулов для тех, кто проводит и поддерживает благотворительные программы, — одна из причин невысокого внимания делового мира Казахстана к миру необеспеченному и лишенному многого. Максим за отмену или снижение налогообложения для такой деятельности. «Есть и определенная путаница с терминологией. Зачастую смешиваются в единое такие формы поддержки как спонсорство, меценатство и корпоративная социальная ответственность. Вы искренне верите, что занимаетесь благотворительностью, а на самом деле решаете вопросы повышения капитализации своего имиджа. Еще одна проблема — малое количество организаций, занимающихся благотворительностью в Казахстане на постоянной основе. А нет постоянных организаций — нет и эффективных долгосрочных благотворительных программ. Наша благотворительность похожа скорее на действия пожарной команды или скорой помощи.

Особенности нашей деловой благотворительности еще и в том, что часто ее осуществляют под нажимом. Да, «добровольно-принудительное» участие бизнеса в финансировании благотворительных проектов — еще один фактор, не способствующий развитию благотворительности в стране. Порою деловые люди вынуждены заниматься ею под давлением государственных или иных структур. Не стоит забывать и о высоком уровне коррупции в Казахстане, что касается и реализации благотворительных программ. Как следствие — их непрозрачность: зачастую невозможно отследить объем средств и помощи, которые по факту доходят до конечных получателей", — говорит Максим Казначеев.

За годы работы в некоммерческом секторе у меня сложилось мнение, что в казахстанских благотворительных проектах работают в основном женщины. Что с мужчинами?

«Здесь скорее происходит гендерное разделение труда в этом вопросе: мужчины зарабатывают те деньги, которые женщины потом расходуют на благотворительность. В целом данный сектор менее привлекателен для мужчин, поскольку не предоставляет достаточных возможностей для карьерного роста и самореализации, предполагает определенную долю альтруизма. В результате эта профессиональная ниша занята женщинами, но распределяют они те ресурсы, которые им предоставляют мужчины, реализовавшие себя в бизнесе», — отмечает руководитель Центра социально-политических исследований Международного научного комплекса «Астана».

Айман Жусупова, эксперт Института мировой политики, считает, что страна находится на этапе становления филантропической деятельности: «Капитализму в Казахстане только 25 лет. Что любопытно, благотворительность в Казахстане не получает распространения и на уровне рядовых граждан страны. По данным ЦИОМ, опрос проводился в прошлом году — лишь 3,3% казахстанцев активно участвуют в деятельности гуманитарных или благотворительных организаций. Тогда как 92,3% в работе подобного рода организаций вообще не участвуют. Полагаю, ситуация со временем будет меняться, и она уже меняется, к примеру, в Алматы. Общество убеждено, что подобной деятельностью должны заниматься в первую очередь богатые. Но на деле ею занимаются и менее обеспеченные слои казахстанского общества».

По мнению Айман Жусуповой, связи между доходом и готовностью помочь ближнему нет. «Недаром социологи, в числе которых и лидер Чикагской школы социологии Роберт Парк, вели речь о том, что люди, не имеющие сверхдоходов, тем или иным способом творят благие дела. И я согласна с тем, что осуществление человеком благотворительной деятельности не зависит от уровня доходов. Да, наше общество враждебно относится к богатым, но та часть богатых, что является деловыми людьми, благодаря социальной ответственности, воздают обществу, которое помогло им обогатиться. Делают они это и для снижения градуса социального напряжения, и для содействия развитию общества. К тому же, они прекрасно понимают, что социально ответственный бизнес чаще ассоциируют с понятием „хороший бизнес“, а филантропическая деятельность способствует устойчивости прибыли в будущем».

Можно долго и много спорить, разбирая на микрочастицы те мнения экспертов, что здесь прозвучали, но… Одна из действительно значимых в современной казахстанской музыке персоналий — лидер группы «Уркер» Айдос Сагат — как-то в разговоре сказал мне: «Благотворительность — это то, что необходимо прежде всего тому, кто дает. Неважно, какого рода эта поддержка: материальная, эмоциональная или потраченные время и усилия, это делает дающего немного чище». И с этими словами точно нельзя не согласиться.

При работе с материалами Центра деловой информации Kapital.kz разрешено использование лишь 30% текста с обязательной гиперссылкой на источник. При использовании полного материала необходимо разрешение редакции.
Подпишитесь на дайджест

Краткий обзор главных новостей недели

Новости партнеров: