07.03.2012 • 14:40 1158

Мурат Абенов: «Партиям необходимо поменять методы работы»

К Международному женскому дню деловой еженедельник «Капитал.kz» решил встретиться с одним из самых харизматичных депутатов Парламента РК Муратом Абеновым и поговорить с ним о его работе и инициативах в парламенте нового созыва.

– В этом году в нашей республике прошли парламентские выборы. Официальной причиной их внеочередного проведения была необходимость сосредоточиться в текущем году не на предвыборной гонке, а на путях преодоления возможной второй волны мирового финансового кризиса. Считаете ли Вы, что новый парламент будет более эффективным в антикризисной политике?

– Институционально, я считаю, что да. Каждый этап развития страны требует такого госсаппарата, который умеет оказывать соответствующие услуги.

В прежнем парламенте однопартийность была где-то даже обоснована с точки зрения того, что мы впервые попали в зону воздействия мощного мирового финансового кризиса. В такие периоды даже у «более опытных стран» накаляется общественно-политическая обстановка. Некоторые политические группировки хотят воспользоваться ситуацией и, преследуя свои групповые цели, «раскачать лодку» на волне очевидных экономических проблем. Некоторые государства под таким давлением вынуждены принимать популистские решения, стараясь не системно преодолевать трудности, вкладывая деньги в долгосрочные концептуально нужные в перспективе проекты, а делая осторожные мелкие тактические шаги, только сглаживая оставшимися ресурсами ситуацию. Зачастую это приводит или к революциям (примеров много), или затягивает выход из кризиса (та же Европа). В тот период и для нас было важно, не разбрасываясь резко сократившимися ресурсами и не хватаясь за все проблемы сразу, сдерживая участившиеся конфликты, четко принимать обоснованные и где-то даже жесткие решения. Однопартийность Парламента позволила в первую очередь консолидировать широкие слои населения вокруг самых актуальных задач, стоящих перед государством.

Теперь ситуация изменилась. Нет необходимости срочного преодоления внезапно свалившегося на голову кризиса. Стоит уже другая задача - подготовиться к встрече с новым финансовым потрясением. Выход один – инновационная индустриализация. А создание «умной» экономики требует более досконально отработанного с различных точек зрения законодательного обеспечения. Теперь нужно централизовать только единую стратегию, а тактику подбирать децентрализованно, дифференцированно в зависимости от конкретных условий.

Вот в такой период мы ушли от однопартийности, от общей на всех позиции и подходов, и получили многопартийность- то есть многовариантность мнений и различие взглядов.

Теперь мы имеем классический вариант трехпартийного парламента с мощным центром в лице прагматичной партии «Нур Отан», и так называемыми «левыми» и «правыми». Есть те, кто требует, чтобы реформы шли более осторожно, и мы успевали подтянуть тылы. Сторонники этой позиции призывают не так быстро идти вперед, а больше времени уделять разъяснению принятых решений, вовлечению в реализацию реформ большего количества людей. Появилась и другая позиция. Это те, кто предлагает быстрее осуществлять реформы, делать более резкие шаги и принимать смелые рыночные решения. Именно в такой системе есть возможность принимать законы, обоснованные с различных политических позиций и экономических интересов. Подобная система позволит принимать компромиссные решения, которые учитывают мнение основной части населения, при этом заботясь об интересах меньшинства. Конечно, все еще впереди, и партии покажут результаты своей работы, но в целом новая классическая схема партийного представительства в парламенте дает надежду на то, что эти изменения положительно скажутся на социально-экономических показателях и улучшении качества жизни граждан.

– Насколько на данном этапе уже ощутимо, что парламент стал многопартийным?

– Конечно, я слукавлю, если скажу, что мы сразу это ощутили. Однозначно, что изменения есть, может, они не так заметны сейчас, но уже то, что каждая партия имеет свою предвыборную программу и план действий, поддерживающий их электорат, свои идеи и подходы –уже многое значит. Заседания фракции стали особым инструментом, партии проводят их раздельно и с разными решениями приходят на пленарные заседания и рабочие группы.

Другое дело, что эти изменения не стали столь зримыми для общества. Пока в решениях, выступлениях или предлагаемых идеях партий не наблюдается нового почерка их представителей. Сегодня еще не до конца выработалась культура настоящего трехпартийного парламента. На этой стадии идут отработки различных вариантов и версий работы, партии только примеряются к своей новой роли. В многопартийном формате еще необходимо научиться работать всем, в том числе и партии «Нур Отан», и другим партиям, а для этого потребуются время и обкатка технологий.

Несомненно, существует определенная специфика представительства партии в трехпартийном парламенте. Понятно, что две другие партии, в отличие от партии «Нур Отан», имеют меньшинство, и те вещи, которые были обоснованны политическими идейными различиями, понятны во время выборов, теперь в стенах Парламента не всегда применимы. «Политиканство» и принципиальная полярность взглядов электорального периода теперь неэффективны. Учитывая, что численность их меньше и ни одно решение они не могут принять без компромиссных позиций со стороны других партий.

Представителям партий, которые сейчас находятся в меньшинстве, придется осваивать новую методику – договариваться и идти на уступки, чтобы иногда рассчитывать на взаимность. Именно по этой причине их электорату не нужно ожидать только резких и критических выступлений. Ведь конфронтация приведет к блокированию любых их, даже самых правильных предложений. С учетом вышеперечисленных моментов можно сказать, что в нынешнем составе политической радикализации, публичных депутатских драк, обливания друг друга водой и бросаний в оппонента стаканов у нас, скорее всего, не будет.

– С какими инициативами Вы пришли в новый созыв парламента?

– Последние два созыва, в отличие от прошлых периодов, парламент формируется по партийным спискам, ввиду этого говорить о собственных проектах, программах и обязательствах депутатов достаточно сложно, так как формируется единая программа партии, и каждый из нас первую очередь ее реализует. Я думаю, что в этом отношении большого разброса обязательств перед избирателями внутри одной партии быть не может. Например, у нас есть единая предвыборная платформа партии «Нур Отан», которую мы должны выполнить. Другой вопрос, конечно, как бы мы ни хотели, каждый из нас представляет «свой» регион, со своими специфичными проблемами, дополнительно специализируется на тех или иных вопросах, является экспертом в конкретной сфере экономики.

Есть определенный круг вопросов, которые каждый из нас раньше поднимал, и если персонифицировать эти задачи, получается, что у каждого депутата есть ряд специфичных задач. Например, в четвертом созыве я занимался вопросами молодежи, также немало времени уделял вопросам IT-сферы, интернета, новых технологий. Помимо этого, активно принимал участие в мероприятиях связанных с вопросами космической деятельности, борьбы с коррупцией, контролем за реализацией различных программ. Одной из важнейших сфер моей деятельности являются социально экономические проблемы Кызылординской области, ведь я ее представитель. Эта специфичная область со своими проблемами, социальными вопросами будет постоянной темой в моей работе. Так, например, из 55 депутатских запросов, оглашенных мной в 4-ом созыве, более половины касаются моего родного региона.

– В этом году произошло событие, которое всколыхнуло все казахстанское Интернет-сообщество – вступили в силу изменения и дополнения в некоторые законодательные акты РК по вопросам интеллектуальной собственности. Ожидали ли Вы столь бурной реакции на это со стороны пользователей?

– Зная, что это сфера больших, хоть и скрытых от глаз общества «теневых» экономических интересов, реакция не удивила. Однозначно, что этот закон задел интересы ряда компаний, которые зарабатывали на этом значительные средства. Сегодня эти люди отстранены от большого пирога.

Весь ажиотаж связан с рекламными бюджетами, которые сейчас активно перетекают из обычных СМИ в интернет. А деньги дают самым популярным! Это закономерный процесс. Вопрос в том, что у нас наибольшее количество трафика и посещений, к сожалению, было на сайтах, которые используют для привлечения посетителей «ворованный» контент. Благодаря чему этим сайтам, торрент-трекерам удается без труда занимать самые высокие позиции в рейтингах популярности и получать за счет этого львиную долю бюджетов, выделяемых компаниями на рекламу в Казнете. Посмотрите на рейтинги казахстанских сайтов 2-3 месячной давности, сразу будет понятно, что половина из десятки «популярных» находятся там «в победителях», так как использовали «пиратский» контент. И вообще весь «сыр-бор» только вокруг «обеспеченной жизни» владельцев этих 4-5 сайтов из более чем 30 тыс. более-менее действующих в Казнете ресурсов. В то время как другие ресурсы, содержащие своих журналистов, операторов, фотографов должны выкладываться по полной, чтобы попасть в этот рейтинг. Мы видим, какие интересные ресурсы начали создавать отечественные разработчики, есть уже свой качественный контент, но не догнать им «пиратов». А значит и не получить средств на создание своего контента и оплату собственных авторов. Или еще пример! 75 процентов из 8 млн пользователей интернета в Казахстане используют казахский язык. Есть уже популярные сайты на государственном языке! Так вот ни один казахскоязычный сайт не входит в первую «двадцатку».

С принятием закона изменились правила игры – теперь безнаказанно воровать будет сложнее. Кстати, ответственность за нарушение авторских прав в Интернете была и раньше, просто теперь привлекать к ответственности будут не простых сотрудников и администраторов торент трекеров, а самих владельцев ресурсов. Вот это самое главное изменение - «пиратские сайты» с целью формирования негативного общественного мнения пошли на не совсем адекватные шаги. Для начала они одновременно, без никакого давления со стороны госструктур, с 1 февраля самостоятельно закрыли доступ на свои страницы. Государство такое решение не принимало. Так, по этому закону до сих пор не закрыт ни один сайт. Блокировка собственных страниц производилась, во-первых, с целью вызвать определенный негатив в обществе, во-вторых, чтобы почистить свои архивы от наиболее заметных глазу нарушений авторских прав. Первая задача частично удалась. «Прикормив» в последние несколько лет определенное количество людей бесплатной пиратской продукцией, они в один день лишили их этой привычной услуги, вводя всех в заблуждение, что закрылись с вступлением в действие закона. Кроме того, запугивали своих посетителей тем, что обычные пользователи будут теперь нести уголовную ответственность за скачивание, хотя по закону этого нет. К сожалению, многие, как обычно , даже не ознакомившись с законом, поверили. Искусственно создав ажиотаж, владельцы торрент-трекеров на короткое время смогли мобилизовать определенное количество пользователей, которые высказывали на специально созданных сайтах недовольство законом.

Но долго обманывать многих оказалось очень трудно и накладно. Прошло время, и сайты с пиратским контентом вынуждены были снова «выйти в эфир». Рекламодатели, которые им уже проплатили, не готовы были ждать, рейтинги начали падать, а интересы бизнеса для владельцев сайтов превыше всего, и они были вынуждены опять-таки запустить ранее самими же заблокированные ресурсы. Массового и долгосрочного «нагнетания негатива» у них не получилось. Обман компаний, которые занимались самоблокировкой, раскрылся, и всем стало понятно, что они действовали в собственных интересах. И весь ажиотаж из-за того, что чьи-то «незаконно зарабатываемые» капиталы начали страдать.

Ведь на самом деле, более чем 90% контента на этих ресурсах не представляют значительного коммерческого интереса, и авторы, как правило, не предъявляют за них претензий. Остальные 10% тем или иным образом нарушают авторские права. Казалось бы, почему руководству этих сайтов не убрать противоправный контент и продолжать спокойно работать? Но дело в том, что такая процедура потребует серьезнейшего администрирования, чего руководство этих сайтов делать не хочет. Сегодня, чтобы очистить эти сайты, и затем постоянно контролировать, необходимо провести большую работу, для реализации которой нужна целая армия технических исполнителей, которой владельцы сайтов платить не хотят.

Не секрет, что за этими сайтами стоят определенные группы и достаточно хорошие связи среди высокопоставленных людей. Все это развивалось, создавая видимость бурного развития Казнета. Увеличивался трафик, росло количество посетителей, а значит, мы делали вывод, что повышается уровень распространения и проникновения в массы интернета. Внешняя картина создавалась благостная.

– Каких результатов удалось достичь с принятием этого закона?

– Наша цель – чтобы закон создавал равные условия конкуренции, если этого закона не будет, получается, что создавать легальный контент невыгодно. Если мы не начнем защищать авторов, будет уйма проблем с тем, чтобы появился свой казахстанский контент. Ведь закон в первую очередь защищает местных авторов, а зарубежные магнаты контента итак имеют необходимые возможности для отстаивания своих прав и без этого закона защищались.

Ажиотаж вокруг этого закона поднял и другую проблему. Организаторы «массового недовольства» законом выдумали в свою защиту месседж о «гибели Казнета» и, не желая того, всем показали, что он не умер, а его просто не было, или он был недоразвит. А это значит, что многие государственные программы по формированию Казнета не реализовывались эффективно, выделенные деньги в большей части были попросту разворованы. Достаточных условий для создания собственной продукции для заполнения Казнета у нас не сформировано. Несколько лет нас обманывали, говоря о том, что создали специальную структуру, дабы развивать Казнет. На деле эти меры никакого результата не принесли. Если верить «противникам закона», почти весь казахстанский интернет зависим от трафика на пиратских сайтах. Под видом развития Казнета на самом деле замаскировался бизнес, построенный на воровстве чужого контента. Теперь владельцы этих ресурсов ставят нам ультиматумы – «Нас закроют –Казнет умрет!». Это еще раз нам доказывает, что без данного закона наша зависимость от «пиратского трафика» будет усиливаться.

И еще один не менее настораживающий тренд. Владельцы этих компаний для защиты собственного «незаконного» бизнеса готовы не только на введение в заблуждение населения, а используют свое влияние на них, призывая к незаконным действиям и акциям протеста. При этом, толкая других, сами никак себя публично не проявляли и оставались в стороне. Создавая видимость спонтанности проявления массового недовольства, сами управляли процессом со стороны. Для того, чтобы понять, что это сценарий, придуманный определенной группой лиц и во всей этой схеме разобраться, не надо быть сильным специалистом. Просто обратите внимание на то, как на вроде никем не модерируемом, принадлежащем неизвестно кому, имеющем не наше доменное имя торрент-трекере, расположенном физически на зарубежных серверах, вдруг появляются текст протеста по «нашему» закону и ссылка на наш же местный популярный сайт. Казалось бы, зачем какому-то «голландскому» трекеру наш закон, и зачем ему в это все ввязываться? На самом деле, это попросту продемонстрировало, что у этих «голландцев» явные казахстанские корни, и кто здесь у нас их ближайшие «аффелированные» родственники. Теперь примерно понятно кто за ними стоит. Вопрос в другом – на что надеются «тайные» организаторы акции? Шантаж, торг или под шумок найти легальное объяснение явным провалам в развитии Казнета!

Заметили опечатку? Выделите ее мышью и нажмите сочетание клавиш Ctrl+Enter.

07.03.2012 • 14:40 1158

Loading...