07.03.2012 • 14:27 1259

Госслужащие будут плодиться до бесконечности

Попытки государства бороться с увеличением числа работников госсектора обычно приводят к увеличению числа работников госсектора. И в этой тавтологии нет ничего удивительного.

В конце февраля премьер-министр РК Карим Масимов на очередном заседании правительства поручил министерству финансов и министерству экономического развития и торговли не доводить до его сведения просьбы госорганов об увеличении числа работников.

По словам г-на Масимова, «один из госорганов обратился к главе государства с просьбой увеличения численности». «Значит, резолюция была очень жесткой. Я даю поручение Минфину и министерству экономического развития и торговли даже до меня не доводить. Полный мораторий на какое-либо увеличение», – подчеркнул премьер. Он также отметил, что необходимо изыскивать внутренние резервы, а не увеличивать штат.

Месяцем ранее, в конце января, президент РК Нурсултан Назарбаев обрушился с критикой на правительство. «Это просто чудеса какие-то, что получается – уменьшаем госаппарат, а количество чиновников растет, сокращаем разрешительные процедуры – а они увеличиваются…», – возмущался он. И поручил до 1 марта утвердить новые типовые положения о структуре министерств, ведомств, акиматов, а затем в течение двух месяцев их четко оптимизировать, а до 15 апреля внести предложения по оптимизации нацхолдингов, компаний и госпредприятий.

Однако любые попытки государства сократить или хотя бы законсервировать количество работников госструктур не дают реальных плодов. Бюрократия растет количественно: по данным Агентства РК по статистике, по состоянию на 1 января 2012 года штатная численность государственных должностей по республике составляет 91,559 единицы, что на 290 единиц больше в сравнении с численностью по состоянию на 1 октября 2011 года.

При этом расходы на содержание госаппарата тоже увеличиваются. Как сообщили в конце 2011 года казахстанские СМИ, акимат Западно-Казахстанской области (ЗКО) потратил на закупку транспортных услуг для обслуживания аппарата акима более 187,6 млн тенге. Для сравнения: в 2010 году управление здравоохранения ЗКО на все свои бюджетные программы потратило около 9 млн тенге.

«К нашим баранам»

Все это напоминает борьбу Дон Кихота с ветряными мельницами: усилий затрачено много, а эффект – нулевой. Также можно охарактеризовать борьбу казахстанских властей с раздуванием штата госструктур: обилие заявлений, предупреждений, мораториев со стороны государственных мужей, а на выходе – пшик.

Причем госструктуры уже давно приноровились к правилам игры. Сверху доносятся грозные окрики, а внизу быстро сокращают специально для таких случаев приберегаемые вакансии. Практику наличия запаса вакантных должностей в госструктурах еще летом 2009 года подтвердил премьер Карим Масимов, предвосхищая очередную волну сокращений госаппарата. Тогда он заметил, что «вакантные должности все уберем и часть некоторых людей тоже сократим». Полгода спустя компания HeadHunter Казахстан констатировала, что в начале 2010 года рынок вакансий вырос в объеме суммарно за 2 месяца на 71% по сравнению с аналогичным периодом 2009 года. Так что вакансий стало не меньше, а даже больше.

Обычно власти говорят о сокращениях штатов настолько громко, насколько это вообще возможно. Правда, такая показушная открытость всегда граничит с непрозрачностью. Из всего статистического потока, который формируют Минфин, Агентство РК по статистике, Минтруда, Агентство по делам госслужбы, практически невозможно найти две главные цифры: динамику роста или снижения количества госслужащих, трат бюджета на содержание госаппарата. Эта показушность направлена на общество: как полагают власти, оно должно видеть, что наверху заботятся о том, чтобы госслужащих было поменьше, и проедали они меньше денег налогоплательщиков. На самом же деле, любые сокращения должны происходить тихо, быстро и внезапно.

Если спроецировать закон Паркинсона на казахстанскую действительность, то получается следующий расклад. Штат госструктур растет, потому президент РК ставит перед ними новые задачи. А новые задачи подразумевают новые функции для менеджеров, новые сферы деятельности для новых людей.

Надо заметить, что чиновники довольно активно используют для расширения штатов задачи, которые в своих ежегодных посланиях ставит перед госорганами президент РК. Причем глава государства выступает с посланием один раз в год, а госорганы, сославшись на него, просят расширить штат весь остаток года.

О печном отоплении

Почему тем же американцам, чтобы заработать миллион долларов, достаточно продать содержимое одного кейса, а Казахстану для этого приходится сутками качать нефть на Запад? Ответ, безусловно, прост. На Западе ведут кадровую работу с акцентом на компетентность и эффективность, в Казахстане – на лояльность и преданность. Посему там ценят узких специалистов. И чтобы стать профессионалом, человек должен развиваться и совершенствоваться в условиях жесткой конкуренции. Компетентность там все, так как именно знающие свое дело люди получают достойную зарплату. А некомпетентные, как правило, получают социальные пособия.

Нет ничего удивительного и в том, что среди американских узких специалистов практически нет знатоков творчества американского писателя Курта Воннегута, но есть прекрасные мастера печного отопления.

В Казахстане, да и во всем СНГ, одна беда. Некомпетентность, которая очень напоминает смысл опуса Александра Пушкина – «мы все учились понемногу, чему-нибудь и как-нибудь». А отсутствие компетентности порождает так называемую широкую специализацию. Наши специалисты много чего знают и с закрытыми глазами могут найти на карте Камбоджу, но почти ничего не смыслят по своей основной специализации – печном отоплении.

И вот теперь о главном. Когда на Западе нужно сокращать штаты, работодателю не позавидуешь: ему приходится делать трудный выбор между профессионалами.

В отличие от него казахстанскому работодателю проще: всегда найдется работник, который с утра не так на него посмотрел, не то сделал, и на работу через день опаздывает. И потом некомпетентных не жалко лишь потому, что их сокращение не усугубляет некомпетентность.

Поэтому на Западе во время работы – работают, в Казахстане работают несколько человек, остальные занимаются чем угодно. Западный работник рожает новый продукт, один кейс которого стоит миллион долларов, тогда как казахстанский рожает скуку. Их объединяет то, что оба возвращаются вечером домой уставшие.

Западный специалист точно знает критерии оценки его деятельности: компетентность, инициативность, умение подстраиваться к изменившимся условиям. Он, чтобы сохранить свое место, вынужден постоянно доказывать свою профессиональную состоятельность.

В свою очередь, казахстанский специалист понимает, что его карьера зависит от отношения к нему со стороны шефа. Поэтому он избавлен от необходимости доказывать свою профессиональную компетенцию. Именно шеф оценивает продуктивность работников, а так как он субъективен, любой из них может лишиться работы в любое время.

То есть конкуренция у нас подменяется качеством межличностных отношений. Если работник сумел найти подход к шефу, то он будет расти по карьерной лестнице вне зависимости от его профессиональных навыков.

На память приходит множество примеров, когда вместе с шефом из компании скопом уходят и его подчиненные. И приходят в другую компанию. Почему скопом? Потому что новый шеф уже имеет свою команду, чужая ему не нужна. Правда, когда подчиненные не уходят вместе с шефом, то происходит следующее. Как заявил в начале февраля аким Костанайской области Нуралы Садуакасов, внутри аппарата необходимо провести переквалификацию. «Если сегодня по каким-то понятиям близким, родственным находятся у нас люди неквалифицированные, некомпетентные, то от таких людей мы должны освобождаться», – подчеркнул он.

Думаю, результаты переквалификации его точно не обрадуют.

О сегодняшнем моменте

Если где-нибудь в мире организуют мировой чемпионат по Counter-Strike, казахстанские госслужащие обязательно будут в числе фаворитов. Как сообщил недавно в своем твиттере министр связи и информации Аскар Жумагалиев, в одном из центров обслуживания населения уволены двое служащих, которые во время работы играли в Counter-Strike.

Безобидное вроде бы исключение, однако, при более глубоком изучении, можно сделать некоторые не самые радостные выводы. Во-первых, если внимательно приглядеться к тому, что происходит внутри госструктур, то Казахстан успешно преодолел первую стадию по закону Паркинсона.

Причем аргументы на поверхности. Госструктуры уже давно кишат специалистами, старшими специалистами, главными специалистами и ведущими специалистами, функциональные обязанности которых даже для них самих неведомы.

При этом вторую и третью стадии можно с легкостью пропустить, ибо уже давно известно, что все группы влияния во всех госструктурах имеют своих представителей, и друг за другом следят.

По всем внешним признакам Казахстан уверенно шагнул в четвертую стадию по закону Паркинсона. К сожалению, она характеризуется тем, что расширять штаты теперь можно до бесконечности.

Справка.

Закон Паркинсона

Британский историк Сирил Паркинсон еще в 1955 году опубликовал сатирическую статью в журнале The Economist. Позднее она вместе с другими его статьями издана в сборнике «Закон Паркинсона».

В частности, Паркинсон описал жизненный цикл кабинета, состоящий из нескольких стадий.

На первой стадии, когда туда входят 5 человек, как писал автор, 2 его члена смогут всегда отсутствовать по болезни или по иной причине. Пятерых легко собрать, а, собравшись, они способны действовать быстро, умело и тихо. Четверым из них можно поручить финансы, иностранные дела, оборону и правосудие. Пятый, не сведущий в этих предметах, станет председателем или премьером.

На второй стадии, как ни удобно число пять, нередко в кабинет входит семь, а то и девять человек. В кабинете из девяти человек трое вершат политику, двое поставляют сведения, один напоминает о финансах. Со свободным от дела председателем получается семь человек. Остальные двое, по-видимому, нужны для красоты.

На третьей стадии в кабинеты входят новые члены, иногда они вроде бы знают еще что-то нужное, но чаще просто очень вредят, если их в кабинет не ввести. Чтобы их утихомирить, приходится непрестанно с ними советоваться. По мере их включения число членов ползет от десяти к двадцати. На этой третьей стадии дела идут много хуже. Прежде всего очень трудно собрать столько народу. Лишь немногие из членов отбирались с расчетом на то, что они будут или могут приносить пользу. Большую часть скорее ввели, чтобы угодить какой-нибудь внешней группировке, и задача их – сообщать своим, как идут дела. С секретностью покончено. Чем крепче утверждаются ненужные члены, тем громче требуют обойденные группы, чтобы ввели их представителей. Число членов переползает в третий десяток. И кабинет вступает в четвертую, последнюю стадию.

Четвертая стадия. Когда в кабинете от 20 до 22 членов, он внезапно претерпевает особое химическое или органическое превращение, природу которого нетрудно понять и описать. Пять полезных членов встречаются отдельно и что-то решают. Кабинету практически делать нечего, тем самым в него можно ввести сколько угодно народу. Лишним членам не понадобится лишнее время, ибо все заседания теперь – пустая трата времени. Внешние группы довольны, их ставленников принимают всех беспрепятственно, и не скоро поймут они, что победа их призрачна. Двери открыты, число членов приближается к 40, растет дальше. Может оно дорасти и до тысячи. Это уже не важно. Кабинет больше не кабинет, и прежние его функции выполняет другое, малое сообщество.

Заметили опечатку? Выделите ее мышью и нажмите сочетание клавиш Ctrl+Enter.

07.03.2012 • 14:27 1259

Loading...