26.07.2011 • 17:55 1568

Женский лик философии

С середины апреля 2010 года впервые в истории факультета им руководит женщина-философ: доктор философских наук, профессор Актолкын Кулсариева. О миссии философии в современном мире, о месте и роли женщины в философии в интервью «Капитал.kz» рассказала г-жа Кульсариева.

– Изучая в студенческие годы теорию идеального государства Платона, познакомившись с его идеей, что в идеальном государстве философы правят, стражи защищают, остальные создают материальные блага, предполагали ли Вы тогда, что его слова для Вас станут реальностью, что Вы будете руководить сначала департаментом, а затем факультетом философии и политологии КазНУ им. аль-Фараби?

– В подростковом возрасте и в юношестве мы все максималисты: видим себя очень высоко. Действительно, поступая на философский факультет в 1986 году, я ставила перед собой высокую цель, ориентировалась на высокую планку. В то время поступить на философский факультет было почти то же самое, что стать секретарем обкома партии. Философский факультет был элитным, партийным, был кузницей идеологов и партийных работников. Был очень жесткий отбор, была фильтрация. Кроме того, все абитуриенты философского факультета должны были предоставить рекомендацию обкома партии. На философский факультет поступали довольно взрослые люди.

Когда я пришла в приемную комиссию философско-экономического факультета КазГУ им. С.М. Кирова, о философии я имела минимальное представление. Выпускники 10 класса знали о философии лишь то, что изложено в одной главе школьного курса обществоведения. У меня была только золотая медаль, никаких связей, знакомых не было. Все делала сама, пошла по инстанциям: горком ВЛКСМ, обком КПСС и получила рекомендацию как отличница и активистка, человек с активной жизненной позицией.

В то время можно было, сдав экзамены в Алма-Ате, поступить в центральные вузы Союза – МГУ, ЛГУ, БГУ, РГУ. В 1986 году для абитуриентов из Казахстана было 10 мест для поступления в МГУ и 1 место в ЛГУ. Как максималистка я для себя решила: «Это первое место в ЛГУ будет моим, или я никуда не поеду!» Если вспомнить учение Платона, то, пожалуй, да. В студенческие годы я была уверена, что буду руководителем, секретарем обкома партии, нас ведь готовили идеологами. Но времена поменялись. Поменялась и я сама.

Проучившись в ЛГУ, поняла, что буду я руководителем или не буду – это неважно. Поменялась культура мышления, поведения, я стала по-другому смотреть на вещи. Я уверена, что самое главное в жизни – это делать свое дело на совесть и заниматься творчеством. И семья, и муж в этом вопросе меня поддерживают, несмотря на то, что работа преподавателя, обучение студентов больших денег не приносят.

– Когда на повестке дня стоит вопрос «Женщина и власть», многие чаще всего вспоминают образ «железной леди» Маргарет Тэтчер. Какой, на Ваш взгляд, должна быть женщина у власти? Отличается ли женская власть от мужской власти?

– Женская власть отличается от мужской власти чисто психологическими характеристиками. Женщина больше настроена на совместную деятельность, на сотрудничество. Она не склонна к сильному доминированию и давлению. Женщина открыта общению, ей свойственно обращать внимание на эмоциональные моменты, человеческие характеристики.

Мужской стиль власти заключается в схематичности, женский же – во флексибильности, гибкости.

Женская власть должна соответствовать сути женщины. Конечно, процесс управления вносит свои коррективы, но женщина должна оставаться женщиной и тогда власть становится мягче, эмоциональнее. Эмоциональный интеллект тоже очень важен, ведь любой живой процесс нельзя заключить в строгие рамки.

– Принято считать, что в философию идут люди с неустроенной и сложной судьбой. Вы опровергаете этот стереотип. Вы достигли значительных высот в научной карьере, имеете высокий статус в управленческой структуре университета и одновременно у Вас прекрасная семья, замечательные дети. Как Вы совмещаете два, требующих полной самоотдачи, дела: семью и карьеру? Откуда черпаете силы?

– Честно скажу, что что-то из двух дел страдает. Если скажу, что все успеваю, будет неправдой. Окружающие думают, что у меня нет семьи. Удивляются, когда узнают, что у меня двое детей.

В первое время, когда я была обычным преподавателем, особых проблем не было. У преподавателя после проведенных занятий какое-то свободное время есть. Но в последние два года, когда я стала сначала директором административного департамента университета, а затем деканом факультета философии и политологии, ситуация изменилась: я сейчас с утра до вечера на работе, возвращаюсь поздно.

Получается так, что для самой неотъемлемой, самой главной части жизни – семьи и детей остается мало времени для реального общения. Не буду кривить душой, ни муж, ни дети не получают внимания и заботы в том объеме, в котором мне хотелось бы их дать.

Силы для работы, для жизни черпаю из хорошего общения, из окружающих, друзей, подруг. Силы беру от хорошей музыки, хорошего чтения, хороших фильмов. Правда, на них тоже остается мало времени. Очень люблю природу. Наблюдая, созерцая жизнь природы, получаю «релакс», отдых для души и сердца.

– В истории культуры в целом и в истории философии в частности заметный след оставили мужчины, женских имен почти нет. Так нас учат в рамках «школьной», традиционной философии. О Гипатии Александрийской, великом философе, математике и педагоге эпохи эллинизма, поздней античности (V в.) мы почти ничего не знаем, хотя ее трагическая судьба – гибель за идею, за свою философскую позицию – это подвиг того же ранга, что и подвиг Сократа. Является ли философия женским делом, если в истории культуры сохранилось так мало женских имен?

– Да, действительно, женских имен не только в философии, но и в истории культуры мало. Это, я думаю, связано с историческими и культурными особенностями гендерного дисбаланса. Однако я считаю, что, как и любая наука, философия является женским делом в равной степени, как и мужским. Ведь никто не может запретить мыслить.

– Некоторые представители сильного пола с улыбкой на устах воспринимают идею женской логики. Они скорее согласятся с тем, что отдельные представительницы слабого пола обладают мужским умом. Как Вы считаете, существует ли женская логика? Какими чертами она характеризуется? Можно ли ставить вопрос о женском стиле философствования?

– Не согласна со стереотипами и предрассудками, что женская логика – это отсутствие всякой логики. Логика либо есть у человека, либо таковой не имеется. К женскому или мужскому полу она никакого отношения не имеет. Однако женский стиль философствования существует, он характеризуется теми чертами, о которых я уже говорила, рассуждая о женской власти.

– Скажите, пожалуйста, насколько реализуема на практике идея взаимопонимания между мужчиной и женщиной, между отцами и детьми, между людьми различных культур? Какие практические шаги в данном направлении нужно предпринять?

– Взаимопонимание между мужчиной и женщиной, между отцами и детьми, между людьми различных культур найти можно, хотя это и сложно. Ведь взаимопонимание – это условие жизни.

Понятно, что любая жизнь реализуется за счет другой жизни, связана с другой жизнью. Эти связи могут проявляться и осуществляться по-разному. Можно жить как кошка с собакой, можно – как хищник с жертвой: один насытится, а другого нет в живых.

А можно жить как цветок с пчелой: один опыляется, а другая получает нектар. Взаимообмен тем, что у тебя в избытке, а другому недостает и наоборот.

Этот второй путь конструктивен, он позволяет найти точки соприкосновения. Первый же путь – путь конфликта – может перевернуть весь мир, весь белый свет, но к миру и согласию никогда не приведет. К миру можно прийти только путем взаимопонимания. Жизнь – это большое терпение, большая толерантность, большое взаимопонимание. Да, у всех свои интересы, культуры разные, люди разные. Но в этом и состоит прелесть жизни. В мире существуют разные цвета, разные формы. Без нашего разнообразия не было бы жизни. То, что мы разные – это наша судьба. Различие и разнообразие – это изначальная онтологическая данность, это устройство нашего мира. И именно эта разность, противоречивость создает условия для диалога. Практическими шагами реализации взаимопонимания, я считаю, будут следующие. Каждый образованный, культурный, эрудированный человек должен начинать с себя. Ведь для конфликта особый ум не требуется, а для его недопущения, профилактики и предупреждения нужны и очень глубокий ум, и очень большая ответственность за себя, за свое дело, за свои поступки. Я считаю, что в этом направлении можно было бы поработать и со средствами массовой коммуникации и с нашими учебниками. Толерантность начинается с семьи, с детского сада, нашего окружения. Все наше информационное окружение должно быть толерантного содержания. Фильмы, образы, формируемые культурой, не должны выпячивать одну нацию над другой. В учебниках, которые являются стратегически важным делом и для страны, и для человечества, в большинстве своем, к сожалению, нет толерантного языка, а есть противопоставление. А все это будет транслироваться в культуре, и ребенок с малых лет усвоит, что есть привилегированные и непривилегированные народы. Возникнет ситуация, подобная той, которая сложилась с европоцентризмом, когда Европа была объявлена законодательницей стандартов для всего мира во всех областях жизни.

– Каковы, на Ваш взгляд, миссия и задачи философии в современном мире?

– Я считаю, что миссия и задачи философии в современном мире состоят в том, чтобы люди оставались людьми, чтобы не переставали мыслить. Это особенно важно в нашу информационную эпоху, век СМИ, когда за тебя решают и думают, и создается впечатление, что нет необходимости в самостоятельном мышлении. Так не должно быть. Миссия философии – быть для человека утешением самостоятельного мышления, а не подготовленных проектов и решений. Жители Земли изобрели философию раньше, чем телевизор, автомобиль и компьютер. С древнейших времен она лидирует в списке изобретений человечества. Тем не менее, философия всегда оставалась «terra incognita», «ничьей землей», так как предмет исследования философии везде и нигде одновременно. Предмет философии сокрыт от посторонних взглядов, кроме как самого порождающего философский дискурс, то есть носителя самой этой философии. Философу трудно объяснить философию не только обществу, но, прежде всего, самому себе. Тут напрашивается аналогия с языком. Мы все свободно говорим на родном языке, не нуждаясь в формулировке каких-либо правил, но это вовсе не означает, что никаких «правил» вообще не существует.

История культуры знала практически все возможные варианты ответа на вопрос о том конкретном месте, которое занимает или должна занимать философия в общей системе культуры. Также были сторонники изгнания философии с карты человеческого знания, которые пытались отказаться от философии как от исчерпавшего себя реликта человеческой культуры. Но, тем не менее, философия жива и будет жива до тех пор, пока хоть один единственный мыслящий человек будет жить на этой бренной земле. История свидетельствует о том, что, как ни странно, человечество помнит философов тысячелетиями, так же, как и великих поэтов, а имена изобретателей, инженеров, которые, казалось бы, конкретную пользу принесли человечеству, быстро забывает.

Оно и понятно, ибо философия имеет дело, прежде всего, с общечеловечески значимыми проблемами. Нет человека, который был бы вполне свободен от философии, хотя бы примитивной, детской, наивной, бессознательной. Ибо каждый мыслит, говорит, употребляет понятия или символы, концептуализирует увиденное, совершает оценки. Правда, философия не очень нужна обыденному человеку, если у него «все в порядке». Она становится жизненно необходимой в экзистенциальных состояниях – во время неудач, несчастий, бед. Вот тогда человек хватается за философские книги. Он должен решить, для чего он живет на этом свете, что есть добро и зло, что есть истина. Он настоятельно хочет знать, есть ли Бог, что он должен делать, что он, человек, есть такое? В «минуты жизни трудные» выясняется, что каждый человек, на самом деле, в своей духовной глубине, по преимуществу философ.

Сейчас в мире самое «философское время» – время кризиса во всех сферах. Другое дело, готова ли наша философия к разрешению всех тех проблем, которые обрушились на человечество… Прямо скажем – не очень. Наша философия нуждается сейчас в молодых энтузиастах, и мы с надеждой и интересом смотрим на каждого, кто поступает сегодня на первый курс. Как правило, абитуриенты философских факультетов обладают особым складом мышления, так как философия – это искусство мыслить, искусство выражать свои мысли в слове и искусство понимать другого человека. «Зачем же учиться мыслить, если каждый умеет это делать с самого детского сада?», будет недоумевать кто-нибудь. Рисовать тоже все умеют с детского сада. Но едва ли можно стать мастером холста, если не будешь специально заниматься этим.

Две с половиной тысячи лет назад основные философские проблемы были поставлены, и тогда же были даны все основные варианты ответов. Философия как раз и аккумулирует тысячелетний опыт ответа на вопросы, на которые мы не можем не отвечать, но и не в состоянии однозначно ответить. Процесс философского творчества отвечает глубинной потребности человека в разумном обосновании смысла жизни, человеческого предназначения, сути окружающего. «Утешение философией» – одно из самых великих культурных достижений человечества.

Существует неразрешимая тайна человеческого бытия. Но есть и загадки нашей жизни, которые каждый человек, вступая в жизнь, заново разрешает для себя. Философия учит жить в обществе и быть свободным от него. Он учит таким радостям, которые никогда не приедаются и позволяют человеку быть действительно счастливым среди любых превратностей. Таким образом, таинственная притягательность философии кроется во внутренней свободе человека, которая дается философствованием. Подлинная философия дает человеку возможность глубоко осознать не только внешний, конкретный мир, но и собственный духовный мир.

Философия, как и любая наука, не является «хлебной» профессией. Философское образование само по себе очень широкое и всеобъемлющее. Философ может заниматься всем: предпринимательством, управлением, государственной службой, преподаванием, научной деятельностью. Во всем мире среди дипломированных философов немало политиков и бизнесменов, аналитиков и экспертов, редакторов и журналистов (за рубежом, как правило, нет высшего журналистского образования), представителей творческих профессий. Идеальная перспектива – преподавательская работа: философию преподают сейчас в любом университете, как преподавали ее в самом первом, средневековом университете. На мой взгляд, профессиональные философы оказываются даже в лучшем положении, чем многие из тех, кто освоил узкое ремесло, а потом в нем разочаровался или на него пропал спрос на рынке труда. Одни профессии устаревают, другие появляются, но не устаревает способность ориентироваться в современном мире, выделять стратегически важные вещи, осваивать новые знания, профессионально работать с текстами. Именно эти качества формируются у человека за время обучения философии.

Для многих философия – это путь в другую специальность. Например, как это сделал всемирно известный финансист Джордж Сорос, который обучался философии у крупнейшего философа XX века Карла Поппера. До сих пор он верен философии – его фонд по всему миру выделяет огромные суммы денег на поддержку молодых ученых-гуманитариев, гражданских инициатив. Вообще великодушие характерная черта всех философов.

Философия открывает одну из высших радостей бытия. На самом деле высоких радостей у человека не так уж и много. Это, конечно, радость любви, радость дружбы, когда ты принят Другим, когда ты нужен Другому. Философия же дарит устойчивую радость – радость внутренней свободы. Только философия делает осмысленной любовь и наполненной – дружбу. Философия дает то, от чего трудно отказаться – философия дает бесконечность, выводя человека из пустыни духа. Философия всегда была прорывом из бессмысленного, эмпирического, абсурдного мира к миру смысла, она всегда устремлена ввысь – в высоту духовности.

Заметили опечатку? Выделите ее мышью и нажмите сочетание клавиш Ctrl+Enter.

26.07.2011 • 17:55 1568

Loading...