KMF: между банками и финтехом
Финансы
05.04.2018
|
Автор: Георгий Ковалёв

KMF: между банками и финтехом

В чем успех бизнес-модели микрофинансовой организации

По мнению Шалкара Жусупова, председателя правления влиятельной микрофинансовой организации KMF, судьба казахстанского рынка онлайн-кредитования должна решаться международной сертификацией и усилением конкуренции в этом сегменте. Руководитель KMF также высказался о государственных инициативах по развитию микрокредитования и о том,  почему бизнес-модель самой KMF остается успешной уже два десятка лет.

Общественная дискуссия вокруг процентных ставок онлайн-кредитов не утихает. Сторонники финтех-компаний и их противники приводят свои аргументы, от экономически обоснованных до эмоциональных. Но, так или иначе, развитие ситуации теперь зависит только от позиции Нацбанка.

Как стало известно «Капитал.kz» из источника, заслуживающего доверие, внутри Нацбанка ситуация видится все менее драматично для финтех-сектора. Этому способствует позиция банков, которые вполне лояльно относятся к системам выдачи кредитов онлайн. Однако уже сделанные заявления Нацбанка о необходимости жесткой регуляции этого сектора обязывают его следовать этому курсу. Очевидно, что регуляция этого рынка будет, однако будет ли она максимально жесткой, как ожидалось – большой вопрос.

К сожалению, не слышно голоса клиентов сервисов выдачи кредитов через интернет. Продукт демонстрирует взрывной рост популярности (от десятков тысяч полученных кредитов в 2015 году до 940 тысяч в 2017-м). Но мнение заинтересованной и имеющий практический опыт получения онлайн-займов аудитории никак не представлено за неимением какой-то организации.

В этой спорной ситуации «Капитал.kz» решил прибегнуть к опробованному тысячелетиями способу посмотреть на картину со стороны – с помощью третейского судьи. В роли такого эксперта мы предложили выступить Шалкару  Жусупову.

Почему KMF? Это микрофинансовая организация, ориентированная на удовлетворение финансовых потребностей внебанковской аудитории, то есть работающая с аудиторией финсектора. KMF имеет структуру классического банка (115 офисов продаж по всей стране), но активно внедряет в работу с клиентами элементы, типичные для финтех-компаний. За 20 лет работы KMF инвестировала в экономику страны 490 млрд тенге, выдав 1 млн 570 тыс. займов. Число клиентов – 220 тысяч человек, 73% которых живут в сельской местности. Обороты бизнеса заемщиков KMF, по ее собственной оценке, превышают 109 млрд тенге. Компания давно получила международное признание как социально ориентированная и действующая в соответствии с принципами защиты клиента.

- Шалкар Амангосович, рынок давно и очень эмоционально спорит о судьбе онлайн-кредитования. Ситуация несет какие-то риски для вас?

- Для нас рисков нет, мы микрофинансовая организация и работаем в рамках, которые прямо определяет закон. У нас и у банков есть единые установленные предельные ставки. А вот у компаний финтеха, выдающих кредиты через интернет, никаких ограничений нет, поэтому они подвергаются жесткой критике. Но лично для меня очень некомфортно, что многие в стране, включая депутатов и правительство, ассоциируют нас с этими компаниями.

- Ситуация на рынке адекватна накалу страстей, кипящих в прессе и социальных сетях?

- Проблема в том, что в стране 67% трудоспособного населения имеют параллельные задолженности, то есть имеют больше одного кредита. Конечно, правительству не хочется в какой-то момент столкнуться с массовым недовольством, как это бывало в случаях с валютными заемщиками ипотечных кредитов в банках. Поэтому, хотя это и не сфера Нацбанка, он начинает вмешиваться в ситуацию. Я думаю, это правильно, хотя и сам финтех давно признает, что регуляция нужна, но регуляция адекватная.

- Вот с этим и большая проблема. Как оценить ситуацию объективно?

- Есть системы оценок компаний и рынков, разработанные Всемирным банком. KMF, например, добровольно прошла сертификацию по социальному рейтингу. Мы стали 31-й в мире и первой в Казахстане компанией, получившей сертификат Smart Campaign. Получили оценку А+, то есть второе место сверху. Это подтверждение того, что процессы, политика и система управления компанией соответствуют принципам социальной защиты клиентов.

- Насколько просто получить такой сертификат?

- Это затратно и потребовало от нас много усилий. Социальный рейтинг свидетельствует о том, что компания приносит обществу пользу. Полтора года эксперты оценивали наши показатели, встречались с нашими работниками и клиентами, изучали внутреннюю документацию и статистику, в какой степени ответственность наших заемщиков коррелирует с подушевым доходом относительно ВВП страны, насколько они защищены от чрезмерной задолженности т.д. Мне кажется, проблема в том, что онлайн-компании немного далеки от такого подхода.

- Наши финтех-компании могут позволить себе такую сертификацию?

- Вряд ли, но инициативу мог бы взять на себя Нацбанк. Если, конечно, мы хотим получить объективную оценку этого рынка в стране. Тогда не надо спорить, какие ставки применимы к этому рынку. Вместо того чтобы устанавливать предельные ограничения, надо применить мировой опыт. А он свидетельствует в пользу того, что превыше всего социальная справедливость. Через эту призму рынок и надо изучать, тем более что финтех-компании работают исключительно с физическими лицами.

- Касательно вашего опыта сертификации – что это дало компании?

- Это открыло для нас огромный мировой рынок финресурсов. В мире много социально-ориентированных фондов, которые главной задачей ставят решение социальных задач через  микрофинансирование предпринимателей, развитие женского бизнеса, создание рабочих мест на селе. 93% наших денег – оттуда, от этих фондов. Теперь они еще более уверены в том, что наши кредиты решают не только коммерческие, но и социальные задачи.

- Прежде чем вернуться к основной теме, не могли бы вы раскрыть этот тезис конкретными примерами.

- Возможно, вы не верите в то, что наша главная цель – социальная. Впрочем, я сам банкир и когда пришел в этот проект, поначалу испытывал скепсис. Но потом прошел курс обучения, поездил по миру, – тогда и пришло понимание, что огромное число достойных людей не могут обратиться в банки. У них нет залога, нет образования, большие семьи. Но вот я работаю с этими людьми 20 лет, и на моих глазах их жизнь меняется. Первые кредиты, которые мы выдавали, не более 100 долларов. Наш офис был в Талдыкоргане, за этими деньгами люди ехали из Чунджи или поселка Шелек. Некоторые из них начинали торговлю с лотка и доросли до серьезного уровня, строят гостиницы, имеют сети магазинов. Представляете, сколько наши деньги создали рабочих мест? Сейчас около 150 тысяч мест создали заемщики для себя, и еще 45 тысяч человек, которые работают у них как наемные работники. Социальная картина в регионах меняется благодаря KMF. Мы работаем в полном соответствии с философией нобелевского лауреата Мохаммеда Юнуса, который первым разработал программы микрокредитования. Мы их адаптировали под реалии Казахстана.

- Финтех-компании тоже как аргумент своей правоты приводят идеи и имя Мохаммеда Юнуса.

- Мохаммед Юнус придумал микрофинансирование как социальный инструмент. Он для безработных женщин, клиентов без залогов, жителей сельской местности, которые стесняются появиться в роскошных банках. 85% наших клиентов – такие люди. А главная задача финтех-компаний – удовлетворить потребительские запросы. Мохаммед Юнус предложил давать деньги на бизнес, а не на покупку смартфона или чтобы дотянуть до зарплаты.

- Это серьезная разница. Несмотря на это, вы категорически против жесткого ограничения ставок по онлайн-кредитам. Какие дополнительные способы решения проблемы существуют?   

 - Можно усилить конкуренцию на этом рынке. Для этого надо, чтобы Нацбанк разрешил банкам и микрофинансовым организациям, подобным нашей, тоже кредитовать людей удаленно, через интернет. Конкуренция оставила бы действительно сильных и нужных рынку игроков, которые заботятся о клиентах, чтобы они получили от кредита пользу, и пришли повторно. Зачем выдумывать велосипед, когда решение настолько очевидно. Мы тоже серьезно растем технологически: у наших кредитных офицеров планшеты с соответствующими программами, организован колл-центр, в отделениях электронные очереди, мы уже терминалы собственные вынесли за пределы офиса, чтобы не ограничивать наших клиентов. Мы все бэк-офисные операции максимально централизовали, чтобы децентрализовать и расширить команду кредитных офицеров. Каждый из них обслуживает 350 клиентов, а лидеры успевают до 600, потому что технологический процесс четко прописан и налажен, работа системы стандартизирована и оптимизирована. Мы очень сильный и серьезный конкурент.

- Президент недавно потребовал от правительства расширить микрокредитную поддержку предпринимателей, в первую очередь – сельских. Речь идет о выделении на эти цели более чем 60 млрд тенге. Очевидно, ваша компания, ориентированная именно на работу с этими людьми, примет в этой программе активное участие.

- Программа – супер для заемщиков и государства. Но, к сожалению, должен вам сказать, участие в  этой госпрограмме для реализаторов, в частности МФО, невыгодно. Нам обещают 4% маржи. Для меня это убыточно. Я устал говорить в правительстве, что участие в этой программе будет выгодно только тем микрофинансовым организациям, которые связаны с государством. Логичнее было бы использовать американский опыт подобных программ. Там государство поддерживает микрокредитные организации прямыми финансовыми траншами. Предположим, если МФО берет на себя ответственность за выдачу кредитов под низкие ставки, на которые ориентированы госпрограммы, то необходима компенсация операционных расходов. Я готов, как патриот страны, поддерживать госпрограммы микрокредитования и развития предпринимательства, если такие программы будут учитывать интересы всех участников процесса: заемщиков, государства и МФО.

- Что определяет успешность модели KMF в большей степени: предпринимательская философия или математическая модель рынка?

- Здесь несколько составляющих: команда KMF, которая понимает: зачем мы на этом рынке и как этого достичь, несгибаемо следует миссии. Здесь есть и бизнес-модель, основанная на понимании своего клиента, внимании к его потребностям, риск-менеджменте. И прежде всего энтузиазм нашей  команды, в которую входят многие увлеченные люди, работающие с инвесторами, с клиентами в регионах. При этом основным мотиватором для нас является тот факт, что мы видим, как наши услуги помогают расти нашему клиенту, умножать свое благосостояние, развивать свой бизнес. От этого мы еще больше уделяем внимания тому, как сделать наши кредитные продукты удобнее и лучше.

Истории успеха с KMF

От места на рынке до собственной гостиницы

 

 Серик Байганусов из города Жаркент Алматинской области построил крупный бизнес с   нуля за семь лет. Начинал в 2010 году с арендованного контейнера на городском рынке   Жаркента, вместе с супругой торговал детскими товарами. Дело набирало обороты, но   собственных средств на пополнение ассортимента было недостаточно.

  «По совету друзей в 2012 году я обратился в KMF, - вспоминает Серик Байганусов. -   Получил кредит на 500 тыс.тг. В том же году открыл магазин в торговом доме «Әлем».   Спустя 6 месяцев закрыл кредит и взял следующий - в сумме 1 млн. тенге. Благодаря   этому кредиту и кропотливой, упорной работе мой бизнес динамично развивался. В 2013   году полностью погасил кредит и решил взять очередной кредит на сумму 3 млн. тенге».

  Далее Серик Байганусов открыл три магазина мужской одежды и один по продаже     женской одежды в торговом доме «Болашақ». Сегодня в этих магазинах работает 10     человек. Плоды успешного предпринимательства не заставили себя долго ждать. Серик   смог купить автомобиль, на покупку дома взял кредит в KMF.

  «Бизнес хорошо развивается. Сейчас строю отель в Жаркенте. Здесь будут жить   иностранцы, которые работают в приграничье с Китаем. Нельзя сказать, что бизнес   дался мне легко, - рассуждает предприниматель. - Были времена, когда я ходил в одной   рубашке несколько сезонов. Но для достижения цели я старался идти вперед, несмотря   ни на что. Надо искать, надо думать, как создать новую продукцию, которой еще нет на   рынке». 

От круглосуточного киоска до сети магазинов

Замзагуль Бекбаева из Талдыкоргана начала собственное дело в 2001 году. Арендовала киоск, в котором круглосуточно торговала продуктами. В то время получить кредит в KMF можно было только в составе группы. Замзагуль собрала группу из шести человек, которая, кстати, сотрудничает до сих пор. Все смогли расширить и развить свое дело.

«Больше пятнадцати лет я беру кредиты в KMF. За это время открыла десять магазинов различного профиля в Талдыкоргане, - рассказывает Замзагуль Бекбаева. - За счёт повышения прибыли и собственного капитала мне удалось обучить детей в институтах. Сегодня я обеспечиваю работой 15 человек, которые трудятся в магазинах продавцами. Недавно с помощью микрокредитов KMF помогла старшей дочери открыть оптовый отдел по продаже хозяйственных товаров».

Свой магазин и дом для семьи - за 7 лет

Гульсайран Есенбаева из города Капшагай Алматинской области – предприниматель с 7-летним стажем. После университета решила заняться предпринимательством и в 2011 году взяла микрокредит в размере 500 тыс. тг в KMF на строительство магазина.

Поначалу Гульсайран Есенбаева торговала только продуктами питания, потом появились отделы строительных материалов и одежды. Позже на заработанные средства Гульсайран Есенбаева построила ресторан на 200 мест.

«Когда начинала, у меня не было ни дома, ни магазина, - вспоминает Гульсайран Есенбаева. - Первое время я арендовала торговое место. В развитии моего бизнеса KMF сыграла большую роль. С помощью микрокредитов я не только построила и расширила свой магазин, но и смогла построить собственный дом, где сегодня живу вместе с семьей».

Поделиться