USD
443.44₸
EUR
480.51₸
RUB
4.88₸
BRENT
84.10$
+0.010
BTC
66671.80$
+328.500

Алим Хамитов: К 13 годам у ребенка должно быть 3-4 стартапа

После неудачи в этих проектах с начинающим бизнесменом можно будет работать, считает глава бизнес-инкубатора MOST

Share
Share
Share
Tweet
Share
Ляззат Третьякова

Ляззат Третьякова

В Казахстане бизнес-инкубатор может быть выгодным коммерческим проектом, хотя сейчас львиная доля игроков на этом рынке живет за счет гособеспечения. Однако в этом сегменте можно вызвать бум частных инвесторов, рассказал в интервью корреспонденту еженедельника «Капитал.kz» директор бизнес-инкубатора MOST Алим Хамитов. Он назвал несколько шагов для этого, а также поделился экономическими подробностями ведения бизнес-инкубирования.

– Алим, вы говорите, что ваш бизнес доходный, что чек за последнее время увеличился. Насколько?

– То, что бизнес-инкубатор приносит прибыль, подтверждает наш опыт. Как бизнес-инкубатор мы существуем с 2015 года, как компания – с 2011 года. Мы выросли как по количеству рабочих мест, так и по прибыли, по стоимости наших услуг. Тут стоит пояснить, что у нас три целевые аудитории. Первая – это частные компании, для которых мы проводим ивенты, хакатоны. Если 3 года назад чек для них составлял 2,5 млн тенге, сейчас сумма выросла до 4,7-5 млн тенге. Вторая аудитория – это стартаперы, начинающие и действующие предприниматели. Сейчас их полугодовое сопровождение стоит 500 тыс. тенге. Третья – это инвесторы, которым мы «продаем» стартапы. В таком случае мы берем 5-10% от стоимости сделки со стартапа.

– Насколько в Казахстане работа бизнес-инкубаторов отличается от того, как они работают в США?

– Бизнес-инкубатор – это американское понятие. В США они появлялись еще в 1960-е годы, это было время депрессии и нужно было искать людей, проекты. Из Штатов волна прокатилась по Европе, там, как, впрочем, теперь и у нас, в бизнес-инкубаторы входят компании, которые изначально не обладают какими-то ресурсами, и их им предоставляет бизнес-инкубатор. Кроме того, они получают доступ к базовым вещам, которые нужны на старте: консультации юриста, бухгалтера, IT-компании, которая сделает сайт, а также доступ к менторам и инвесторам. Это я сейчас говорю о классических инкубаторах, которые работают по коммерческой модели, но, к сожалению, в Казахстане таких немного.

– Если сравнить инкубаторы в СНГ, то чем они отличаются, чем похожи в своей работе?

– В Беларуси, России инкубаторов больше, чем в Казахстане. Но наши страны похожи тем, что такие площадки у нас создаются на госденьги. В то же время в Эстонии и Израиле, где население в 8 раз меньше, чем в нашей стране, много инкубаторов и в какие-то из них стартапер идет за обучением, куда-то – за деньгами, в какие-то – за тем и другим. В Казахстане, по официальным данным, действует 45 инкубаторов, но, как показала практика, классических коммерческих инкубаторов можно по пальцам пересчитать. Мы уже три года делаем роуд-шоу по городам и видим, что наши бизнес-инкубаторы – это в основном технопарки и привузовские инкубаторы, которые делают хорошие ивенты, предоставляют места в коворкинге, но им пока недостает компетенций, системности в работе и долгосрочной работы. Не хочу обидеть вузы, просто дело в том, что пока на региональном уровне нет понимания того, зачем это вообще нужно. И в этом мы также схожи с Россией и Беларусью: на уровне регионов делаются студенческие проекты и на этом все заканчивается. Чтобы рынок бизнес-инкубирования развивался в полную силу, нужны венчурные фонды. В РК Закон «Об инвестиционных и венчурных фондах» был принят в начале 2000 годов, небольшие поправки были внесены в прошлом году, но это еще не тот вариант закона, который бы создал бум. Этим Казахстан сильно отличается от западных стран, инвесторы не идут к нам, потому что на законодательном уровне непонятно, как им совершать сделки по стартапам, как их структурировать, где искать проекты, какие инструменты у нас работают, как минимизировать риски. В этом смысле мы отстаем от соседей и некоторых постсоветских стран.

– Значит это сложный бизнес в Казахстане. Какие у вас риски?

– Основной из них – конкуренция с хабами, которые сидят на гособеспечении, и, по сути, такие проекты превращаются в сплошную отчетность. На рынке есть пример создания СЭЗ, потратили на нее 9 млрд тенге, планировали создать «мини-Стэнфорд», но этого не случилось. Я думаю, что проблема была в неправильном управлении, нужно было отдать его в рынок, тогда был бы другой результат. Кроме того, нас ограничивает недоразвитость законодательства, например, нет никаких привилегий для инвесторов и мотивации для них, чтобы они шли в венчурные истории. Как пример, в таких странах, как Израиль, Сингапур, инвесторов освобождают от налога на доход, налога на дивиденды, в некоторых странах инвестора вообще не трогают в течение пяти лет и весь доход просто делится между ним и предпринимателем. Сюда же стоит добавить, что у локальных инвесторов низкий аппетит к риску. Они с большей готовностью купят еще одну квартиру, немного поиграют на фондовом рынке, хотя если создать свой портфель из 10 и более стартапов, один «выстреливший» проект точно закроет все потери и даст высокую доходность. Мы понимаем, что нужно работать с этой когортой инвесторов, поэтому создали Школу инвестора и Ассоциацию бизнес-ангелов.

– Может быть, у нас это отношение сменится спустя 1-2 поколения?

Когда в 2015 году мы запускали первую программу акселерации и тогда под креативной индустрией для нее подразумевали IT, архитекторов, дизайнеров, качество было далеко не таким, как сейчас. Тогда ребятам не хватало бизнес-образованности, они думали, что им должны дать чек, и на эти деньги они что-то создадут, но не могли элементарно посчитать экономику проекта. Сейчас к нам может прийти одна и та же компания в четвертый раз, но у нее уже будет зрелый продукт. Средний возраст предпринимателя в нашем инкубаторе составляет от 30 лет и старше, это говорит о том, что у них есть компетенции, отраслевая экспертиза и они начали делать свой бизнес. Но дело в том, что таких людей немного, их количество нужно увеличивать, спускаясь на уровень ниже. Сейчас мы работаем со студентами, но, по моему мнению, нужно идти в школы. В прошлом году я побывал в нескольких восточноевропейских странах, там популярны школы бизнеса для подростков в рамках летних лагерей. Когда они придут оттуда в бизнес-инкубатор, то им уже не придется объяснять, что такое бизнес-модель, как подсчитать расходы и доходы проекта. Такой пример, кстати, есть в хабе в Минске, они готовят молодых предпринимателей от 8 до 15 лет. Один мой хороший друг сказал, что к 13 годам у ребенка должно быть 3-4 стартапа, где он провалился. Тогда он придет к нам и с ним будет легче и эффективнее работать.

– На чем бизнес-инкубаторы зарабатывают в Казахстане?

– Три источника. Первый – спонсорство, донорство. Находится партнер, который совпадает с инкубатором по миссии, целевой аудитории. Пример: мы работали с компанией Chevron, создали мини-фонд и помогали проектам в сфере EdTech обучением и инвестициями. Второй источник – частные контракты по акселерации. Мы делали такие по финтеху, логистике, сельскому хозяйству. Третий – инкубатор помогает стартапу привлечь инвестиции и берет с него процент со сделки. Четвертый – сдача коворкинга командам в аренду.

– Если сейчас бизнесмен захочет открыть бизнес-инкубатор, то во сколько это ему обойдется?

– MOST создавал мой партнер, я вошел в проект в 2015 году. Так вот он начинал с $10 тыс., проводил какие-то ивенты с минимальной маржинальностью, так инкубатор зарабатывал. Сколько это может стоить сейчас, можно сказать опосредованно, исходя из затрат. Мы управляем коворкингом в 1100 кв. м, ежемесячные расходы на аренду и коммуналку составляют около 1,5 млн тенге, в зарплатный фонд уходит еще около 2,5 млн тенге, услуги кейтеринга, фото и видеосъемка, услуги дизайнера – около 500 тыс. тенге. Таким образом, 4,5-5 млн тенге составляют ежемесячные затраты. В год около 55-60 млн тенге уходит на жизнь инкубатора. В 2018 году по обороту мы преодолели отметку в 100 млн тенге.

– На первый взгляд, это хорошая цифра.

– Да, но озвучить маржинальность не могу, извините. В среднем чек по одному проекту начинается с 15 млн тенге. В год мы делам две программы акселерации – весной и осенью. В одну программу мы берем 10-20 команд, мы не входим в долю каждого проекта, берем комиссию после окончания сделки с инвестором. В среднем она случается после 8 месяцев акселерации, иногда можно и за 1-2 месяца найти инвестора. По большей части деньги тратятся на обучение, мы приглашаем экспертов, которым платим гонорар, есть трекеры, которые следят за прогрессом команд. Но я хочу сказать, что в контексте развития мы смотрим сейчас на Узбекистан, потому что ниша бизнес-инкубирования там пуста, и при этом страна открывается вовне. Также нам интересен Кыргызстан, потому что у нас там есть партнер и мы хотим реализовывать совместные проекты. В Бишкеке есть парк высоких технологий и там есть требование о том, что 80% того, что компании создают, должно экспортироваться. Нам в Казахстане этого не хватает.

При работе с материалами Центра деловой информации Kapital.kz разрешено использование лишь 30% текста с обязательной гиперссылкой на источник. При использовании полного материала необходимо разрешение редакции.

Вам может быть интересно

Читайте Kapital.kz в Google News Kapital Telegram Kapital Instagram Kapital Facebook
Вверх
Комментарии
Выйти
Отправить
Авторизуйтесь, чтобы отправить комментарий
Новый пользователь? Регистрация
Вам необходимо пройти регистрацию, чтобы отправить комментарий
Уже есть аккаунт? Вход
По телефону По эл. почте
Пароль должен содержать не менее 6 символов. Допустимо использование латинских букв и цифр.
Введите код доступа из SMS-сообщения
Мы отправили вам код доступа. Если по каким-то причинам вы не получили SMS, вы можете отправить его еще раз.
Отправить код повторно ( 59 секунд )
Спасибо, что авторизовались
Теперь вы можете оставлять комментарии.
Вы зарегистрированы
Теперь вы можете оставлять комментарии к материалам портала
Сменить пароль
Введите номер своего сотового телефона/email для смены пароля
По телефону По эл. почте
Введите код доступа из SMS-сообщения/Email'а
Мы отправили вам код доступа. Если по каким-то причинам вы не получили SMS/Email, вы можете отправить его еще раз.
Пароль должен содержать не менее 6 символов. Допустимо использование латинских букв и цифр.
Отправить код повторно ( 59 секунд )
Пароль успешно изменен
Теперь вы можете авторизоваться
Пожаловаться
Выберите причину обращения
Спасибо за обращение!
Мы приняли вашу заявку, в ближайшее время рассмотрим его и примем меры.