Кто «посеет» стартапы в Казахстане
АВТОР

23.07.2018 • 09:00 1535

Кто «посеет» стартапы в Казахстане

Капитал.kz спросил экспертов, что они думают по этому поводу

Разработчики закона по вопросам венчурного финансирования уверены: изменения и дополнения, прописанные в нем, помогут развиться в Казахстане рынку частного венчурного капитала, привлекут иностранные инвестиции, дадут рост инновационной активности. Деловой еженедельник «Капитал.kz» спросил экспертов, что они думают по этому поводу.

Закон сделал ориентир на инновации

Напомним: 9 июля президент Казахстана Нурсултан Назарбаев подписал закон по вопросам венчурного финансирования. Как поясняет Гузель Султанова, заместитель директора департамента правового обеспечения АО «НАТР», раньше эту сферу в Казахстане регулировал закон об инвестиционных фондах. Он предполагает две формы ведения инвестиционной деятельности — акционерные инвестиционные фонды (АИФ) и паевые инвестиционные фонды (ПИФ). «Это тяжелые конструкции. Для создания АО необходимы уставный капитал, формирование структуры с советом директоров, исполнительным органом и т. д. Такие конструкции сложны и неудобны в администрировании, кроме того, они подотчетны Нацбанку. Это не привлекало инвесторов вкладывать в стартапы в Казахстане», — рассказывает собеседница. Изменения и дополнения в законодательство предусматривают легкие формы ведения бизнеса. Новые договорные инструменты и конструкции помогут структурировать отношения между инвесторами и другими участниками рынка венчурного финансирования.

Закон нацелен на создание правовой базы для развития венчурного капитала в Казахстане. «Даны определения тому, что такое венчурный фонд, этого тоже не было в законодательстве. Появился новый субъект — венчурный управляющий, это юридическое лицо, которое будет аккумулировать активы венчурного фонда и принимать решение о вложении инвестиций в те или иные проекты. Причем это профучастник рынка, который осуществляет предпринимательскую деятельность, не как в АИФах, где управляющий инвестор был лицензируемым субъектом», — раскрывает суть нововведений Гузель Султанова.

Более того, дано определение самому понятию венчурного финансирования, — раньше этого в казахстанском законодательстве не было. Теперь это понятие предполагает деятельность, связанную с финансированием лиц, осуществляющих только инновационную деятельность. Финансирование может быть в виде вложений в уставный капитал, приобретение финансовых инструментов, предоставление финансовых займов.

Сколько денег нужно стартапам?

Ануар Сейфуллин, генеральный директор ABC-I2BF Seed Fund, считает, что закон создаст для отдельных людей — бизнес-ангелов — и компаний, которые хотели бы инвестировать небольшие средства в стартапы, возможность «проще инкорпорироваться». При действовавшем до этого законодательстве создавать небольшие венчурные фонды было невозможно. Сложность и дороговизна конструкций (как с точки зрения необходимости «замораживать» определенный капитал, так и с точки зрения обслуживания этих конструкций) лишали эту идею смысла.

Теперь же можно создавать небольшие фонды — на $1−3 млн, в зависимости от возможностей инвестора, и начинать инвестировать в стартапы на ранней стадии. «Стартапам денег на начальной стадии нужно не так много, в среднем от $50 тыс. до $300 тыс. от одного инвестора. Для стартапа лучше привлекать инвестиции от нескольких инвесторов, это резко повышает шансы на успех компании. Мы сейчас говорим в основном об IT-стартапах, потому что для технологических компаний, которые развивают более сложные технологии, инновации, где задействована инженерия, более глубокие физические и химические процессы и требуется дорогое оборудование, необходимо привлекать бóльшие средства», — говорит Ануар Сейфуллин. По его словам, венчурное финансирование в Казахстане больше ориентировано на IT-проекты из-за их более легкой имплементации, наличия кадров и рынка.

Помимо этого, закон подразумевает правовые основы для создания корпоративных венчурных фондов для субъектов квазигосударственного сектора путем оценки эффективности вложений исходя из доходности портфеля в целом, а не от каждой отдельно взятой инвестиции. «Ведь, как известно, венчурное инвестирование сопряжено с высокими рисками и порой часть инвестиций приходится списывать, однако фонд покрывает такие убытки за счет других компаний портфеля, инвестиции в которые показывают высокую доходность», — говорит эксперт.

В целом институциональных венчурных инвесторов, по его мнению, у нас крайне мало, больше — различного рода бизнес-ангелов. Собеседник приводит в пример фонд, в котором работает он, и также говорит, что на рынке присутствуют несколько других фондов, в том числе, созданных в иностранных юрисдикциях, «с тикетом от нескольких десятков тысяч до нескольких миллионов долларов в проект».

Что касается стартапов, то, по мнению собеседника, после первой волны в начале 2010-х их количество сейчас перерастает в качество — появляются «приземленные, здоровые» идеи и команды, которые их воплощают и которые могут конкурировать на региональном или международном уровне. Отдельные зарубежные стартапы пытаются работать у нас. Хотя в целом емкость рынка небольшая.

Отвечая на вопрос о рисках и пробелах, которые, возможно, новое законодательство не учло, спикер говорит, что говорить об этом рано — еще не сформировалась новая практика. «На первый взгляд, закон дает инструменты для взаимодействия, это большой плюс. Как я понял, разработчики попытались взять элементы английского права и интегрировать их в наше законодательство. Будет ли это работать на практике? Будем надеяться. Венчурных фондов должно быть больше», — заключает эксперт.

Почему стартапы умирают?

Адиль Нургожин, член рабочей группы по разработке закона о венчурном финансировании, отмечает, что венчурная индустрия в Казахстане очень молодая. «Только-только сформировались институты и инфраструктура, которая включает в себя ряд первых бизнес-ангелов местного розлива, в основном это бывшие или действующие бизнесмены или просто богатые люди», — говорит он. По его словам, первая плеяда венчурных фондов 2000-х, которые создавались при помощи НИФ («Национальный инновационный фонд», его правопреемником стало НАТР, — прим. ред.), результат не показали. «Сейчас, скорее всего, пойдет вторая волна венчурных фондов», — комментирует собеседник.

По его словам, в Казахстане сейчас существует пять-шесть более или менее активных бизнес-инкубаторов, выпуск из которых, впрочем, не гарантирует дальнейшую жизнь стартапа. «Даже в том случае, если стартап хороший и показывает определенный рост, после 12−18 месяцев он задыхается от недостатка фондирования и не развивается. Поэтому после акселерационной компании или инкубатора выпускники, получившие $20 тыс. как лучшие участники этих программ, должны иметь возможность переходить на следующую ступень и обращаться в венчурные фонды посевного типа. Этого пока нет», — говорит Адиль Нургожин. Сейчас, по его словам, появляются первые посевные фонды, потребность в них определенно есть, и не только в части фондирования, но и в части нетворка, экспертизы, профессионального корпоративного управления стартапами, превращения их в нормальные компании, помощи в выходе на другие рынки, структурировании сделок и пр.

Узнавайте больше об интересных событиях в Казахстане и за рубежом.
Подписывайтесь на нас в Яндекс Дзен

Заметили опечатку? Выделите ее мышью и нажмите сочетание клавиш Ctrl+Enter.

иностранные инвестиции доллары тенге инвестирование

23.07.2018 • 09:00 1535

Поделиться
Кто «посеет» стартапы в Казахстане
  • Центр деловой информации Kapital.kz — информационное агентство, информирующее о событиях в экономике, бизнесе и финансах в Казахстане и за рубежом. При работе с материалами Центра деловой информации Kapital.kz разрешено использование лишь 30% текста с обязательной гиперссылкой на источник. При использовании полного материала необходимо разрешение редакции. Редакция Kapital.kz не всегда разделяет мнения авторов статей. При нарушении условий размещения материалов редакция делового портала имеет право на решение спорных моментов в законодательном порядке.

  • Яндекс.Метрика
    Система Orphus